Книга Курс 1. Ноябрь, страница 98 – Гарри Фокс

И ничего. Абсолютно ничего.

Лана лишь скользнула оценивающим взглядом по новой форме служанки, слегка приподняла бровь, но промолчала. Мария кивнула Оливии с тем же выражением, с каким могла бы кивнуть новой вазе в интерьере — принято к сведению, не более. Малина же вообще не оторвалась от созерцания своего отражения в стекле. Они молчали. Это было почти жутко.

А вот что меня поразило по-настоящему, так это прощание с дворецким, мистером Харгрейвом. Когда Оливия с небольшим узелком в руках подошла к карете, он стоял на крыльце. Его лицо, всегда такое безупречно-бесстрастное, на мгновение исказилось. Не гневом, не досадой. Чем-то более сложным. Его взгляд, обычно скользящий по слугам, как по мебели, на Оливии задержался на секунду дольше. Он даже сделал полшага вперёд, будто чтобы что-то сказать, но затем лишь резко кивнул и произнёс сухое: «Служи верно». Мне показалось — нет, я почувствовал— он вовсе не хотел её отпускать.

Подумаешь, новую найдёт, — мелькнуло у меня в голове. — Неужели так привык? Или в ней было что-то ещё, что ценил даже этот ледяной человек?

Путь обратно прошёл в почти медитативной тишине, нарушаемой лишь свистом ветра. Когда карета коснулась земли у восточных ворот академии, я мысленно вздохнул с облегчением.

Лана первой выпрыгнула наружу, энергично потянулась, а затем, обернувшись, демонстративно притянула меня за воротник и звонко чмокнула в губы.

— Пойду исправлять это «чудо-юдо», — заявила она, кивнув на всё ещё зачарованно разглядывавшую свои руки Малину. — А то совсем обнаглела. До вечера, котик.

И, схватив сестру за рукав, она потащила её в сторону общежитий.

Мария вышла следующей, поправив складки платья. Она повернулась ко мне, и в её глазахчиталась привычная уже смесь нежности и стратегических расчётов.

— Я помогу мисс Оливии с обустройством, — сказала она деловым тоном. — Отдельную комнату для прислуги при академии можно организовать через моё распоряжение. Это займёт не больше часа.

Она тоже наклонилась и чмокнула меня, но уже в щеку — быстро, сухо, по-деловому. Затем кивнула Оливии и направилась в сторону административного корпуса.

Я обернулся к Оливии, которая уже вышла из кареты.

— Давай я помогу с вещами, — предложил я, протягивая руку к её небольшому, но, наверное, тяжёлому багажу.

— Не стоит беспокоиться, господин, — мягко, но твёрдо ответила она. И прежде чем я успел что-то сказать, она сделала лёгкий, почти незаметный взмах рукой.

Её чемодан и небольшая сумка, стоявшие на земле, окутались слабым серебристым сиянием и плавно поднялись в воздух. Они поплыли перед ней, как послушные пёстрые птички, и замерли в полуметре от земли, ожидая.

Я замер, удивлённо подняв брови.

— Оу. Не знал, что ты обладаешь магией.

Оливия смущённо улыбнулась, и в её карих глазах мелькнуло что-то теплое.

— Только для маленьких и бытовых дел, господин. Левитация, поддержание чистоты, подогрев воды… Ничего особенного. Не нужно беспокоиться обо мне. Я разберусь со всеми формальностями, а принцесса Мария своим влиянием поможет мне сделать это быстрее.

— А я смотрю, ты самостоятельная, — не без восхищения констатировал я.

— Благодарю, господин, — она снова склонила голову, но в этот раз в её поклоне чувствовалась не рабская покорность, а достоинство мастера, уверенного в своём ремесле.