Онлайн книга «Баронесса из ОГПУ»
|
– Мне нужно выйти, связаться с ребятами, – тихо произнес Пахомов. Зоя Ивановна кивнула и продолжила беседу: – Что еще? – Ну-у, – протянул Борг, – я с Кохом виделся в компании офицеров – выпивали, играли в карты. Он был заядлым картежником. Кстати, сфотографироваться вместе предложил нам один гауптман, который всюду таскал с собой фотоаппарат. Я как раз выиграл у Коха небольшую сумму и согласился. А так особой дружбы с ним не водил. Мы же были из разных подразделений. Я к карателям отношения не имел. И к расправам с населением – тоже. Тем более что еще до начала общего отступления наше подразделение передислоцировали в другое место. Больше с ним я не встречался. – Понятно… Беседа длилась уже минут сорок, когда в комнату вошел Эдуард Прокофьевич. Борг говорил о том, как попал в плен и далее о нелегкой доле заключенных в трудовых лагерях. Зоя Ивановна остановила его. – Что-то еще можете сказать об Адларе Кохе? – Извините, но все, что знал о нем, я рассказал. Пахомов достал из кармана записную книжку, черкнул несколько слов и показал Воскресенской: «Имеется информация о Кохе». – Эдуард Прокофьевич, – повернулась к нему Зоя Ивановна, – у вас есть вопросы к Герману Боргу? – Нет, – ответил тот. – Тогда будем завершать. Герман, если все, что вы сказали, является правдой, то это зачтется при вынесении решения по вам. Я напишу докладную записку. Через полчаса Прокофьев с Воскресенской сидели в кафе на Лорелейштрассе. Когда принесли кофе, Эдуард Прокофьевич поинтересовался: – Почему не спрашиваете – что за информация по Коху? – Жду, когда ты скажешь. – Ну и выдержка. – Пахомов сделал глоток горячего напитка и, не удержавшись, заметил: – Это, пожалуй, одно из лучших мест, где так хорошо заваривают кофе. Извините. Ну, о деле. Когда я услышал имя и фамилию второгонемецкого офицера, то решил зайти к ребятам из контрразведки. Они расположены этажом ниже. У нас дружеские отношения. Так вот один из коллег, который на мою удачу оказался тут же, вспомнил, что занимался разработкой Рихера, и пояснил: когда Рихер сблизился с Крафтом и завербовал его, то попал, естественно, в поле зрения контрразведки. Стали выясняться довольно любопытные вещи. Альфред Рихер был выходцем из Баварии. Служил в гестапо. Правда, тогда его звали, держитесь за стул… Адларом Кохом. И в 1943 году он находился в Украине! – Действительно, так и есть?.. – Да. Сведения добыты подопечными Кратча. Понимаете, что получается, мы пытаемся выяснить, кто есть Адлар Кох? А он сам «приплыл» в руки и даже находится сейчас в одиночной камере предварительного заключения. Как вам такое? – Погоди, дай прийти в себя. Надеюсь, его не собираются выпустить?.. – Нет. Прошлое Альфреда Рихера богато на метаморфозы. Он, конечно, не ожидал того, что контрразведка Кратча заинтересуется им всерьез. Ведь то, что Крафт на самом деле являлся восточногерманским разведчиком, Рихер не знал. Он полагал, что бывший офицер люфтваффе, инвалид, завербованный им за хорошие деньги, теперь возвращает должок. А значит, никакой политики. Чистая коммерция. Перебежчик приносит ценную информацию, с ним расплачиваются, он исчезает для всех навсегда, чтобы всплыть где-нибудь на морском побережье Новой Зеландии, в обществе белокурых купальщиц, под новым именем. И все. Если за ним и водились какие-то грехи, типа службы нацистам, что ж, подавляющее большинство немцев призывного возраста и старше в то время были такими, а старый свет и вовсе лежал под немецкой пятой. Зато в нынешней копилке Рихера – громкий провал агентурной сети американской военной разведки в Восточной Европе. А это перевешивает многое. Но, как говорится, все так, да не так. |