Книга Зорге. Последний полет «Рамзая», страница 15 – Хачик Мнацаканович Хутлубян

– Вы оба правы, – потянувшись к бутылке, оживился Мейзингер. – Но хватит о политике. Давайте выпьем за фюрера, за настоящие и будущие победы! – Он поднял фужер и подождал, когда Урсула и Зорге последуют его примеру.

Время было уже далеко за полночь, когда Мейзингер, хорошенько набравшись, бросил затуманенный взгляд на часы и решил, что ему уже пора. Дело в том, что завтра, а вернее, уже сегодня, из Берлина вернется посол Отт, и наверняка его превосходительство вызовет его, Мейзингера, к себе, чтобы поделиться итогами командировки и разговора с Риббентропом. Надо быть в форме. Встав из-за стола, он предложил Урсуле подвезти ее на своей машине.

– Йозеф, вы считаете, что в состоянии вести машину? – с трудом скрывая ехидство, пошутила Урсула.

– Считаю ли я? Осмелюсь признаться, я вообще плохо считаю. Особенно количество опрокинутых рюмок! – громко рассмеялся он и, довольный ответным выстрелом в виде шутки, примиренчески добавил: – Дорогая Урсула, не стоит беспокоиться, я вызвал из гаража совершенно трезвого водителя. Так что машина у меня с шофером. Прошу.

Когда Урсула с Мейзингером погрузились в салон автомобиля, Зорге помахал им рукой и направился к своему мотоциклу. «Странно, – подумала Урсула, провожая его взглядом, – говорят, что Зорге имеет репутацию сердцееда и любителя выпить. Что-то я этого не заметила. Коньяк в его фужере как был, так и плескался, практически не тронутый, и вел он себя за столом не в пример Мейзингеру, который так и норовил положить свою лапу на мою руку».

Вырулив со двора ресторана, Зорге направился домой. Мотор ровно урчал. «Урсула Беккер. Скорее всего, она имеет отношение к гестапо. У тайной полиции везде есть внедренные агенты как в либеральных, так и нацистских газетах. Удивляться нечему. Просто следует иметь это в виду», – рассуждал Зорге. Потом его мысли переключились на другое, вечером, собираясь в ресторан, он думал поговорить с той официанткой, которую расспрашивал перед командировкой об Исии.

Но ничего не получилось. Ее просто не оказалось среди других официанток в зале. Может, была не ее смена. Ему снова ничего не удалось узнать, попав под колючие взгляды Урсулы и навязчивую «опеку» пьяного Мейзингера с его бесконечными тостами. Далеко за спиной остался ресторан. Зорге ехал мимо американского посольства, подгазовывая на подъеме, когда неожиданно из-за поворота выскочила легковая машина и, ослепляя фарами, понеслась прямо на него… Зорге был вынужден резко затормозить и заложить мотоцикл на бок, чтобы уйти от столкновения, но он даже не успел ничего понять, когда тяжелый «Цундап» ударился колесом в один из врытых вдоль дороги камней ограждения…

Глухой удар и страшный грохот, раздавшийся метрах в десяти от главных ворот посольства, выгнал из сторожевой будки американского полицейского. Увидев завалившийся на бок разбитый тяжелый мотоцикл и метрах в семи от него, у стены посольства, распростертого в луже крови человека, он немедленно вызвал по телефону начальника караула. Тот поднял по тревоге наряд, приказав оцепить место происшествия, и вызвал медиков. Вскоре подоспевшая к месту аварии санитарная машина увезла пострадавшего в госпиталь.

Звонок телефона поднял с постели Макса в третьем часу ночи. Постояв несколько секунд в растерянности с трубкой в руках, он повернулся к жене, которая также проснулась и вопросительно смотрела на него, дрогнувшим голосом сообщил: