Книга Иранская турбулентность, страница 43 – Ирина Дегтярева

Фардин огорошил Алексеева сразу же сообщением о внезапном прибытии Симин в Каракас.

— Проходи-проходи, — Дмитрий запер дверь и подтолкнул Фардина в комнату. — И что сие означает? Как она объяснила?

Фардин потер шею, поискал сигареты, оттягивая момент признания, закурил и, как в омут с головой, поведал, что все эти дни они с Симин неразлучны.

Алексеев слушал молча, но Фардин с тревогой заметил, как вздулись вены у Мити на шее.

— Любопытно, — сдержанно сказал Дмитрий. — Любопытно, почему ты пустился во все тяжкие с художницей едва она тебя поманила? Почему ты сразу же не известил меня?

— С ее стороны был такой напор, — смущенно улыбнулся Фардин. — Все произошло за несколько часов. Сообщение на электронную почту, тут же ее нашествие в гостиницу. Не успел я опомниться, как уже сидел в арендованном «фиате» и мы мчались в Рио Чико.

— Зная тебя, не поверю, что ты мог сломя голову куда бы то ни было броситься, не имея в кармане готового плана, вплоть до нескольких запасных вариантов. Чем ты руководствовался? Чем-то ты же руководствовался, я надеюсь…

— Я бы, может быть, подумал, стоит ли с ней ехать, нарушая свой отшельнический отпуск, но Симин подвесила интригу, да так, что все постояльцы гостиницы, вплоть до второго этажа, слышали, что взбалмошная девица прикатила из США к любовнику, чтобы провести с ним часть отпуска.

— Не знал, что рядовые граждане Венесуэлы свободно владеют новоперсидским, — скептически и даже возмущенно сказал Алексеев.

— Они и древнеперсидским не владеют, — отмахнулся Фардин. — В том-то и дело, что говорила она по-английски и громко.

— Работала на публику? Знала, что за тобой хвост? — алексеев встал, сунул руки в карманы брюк и отошел к окну. Приподнятые плечи говорили о том, что он удивлен.

— Я тоже тогда стал прикидывать варианты. Мне показалось, что овчинка стоит выделки, как любил говорить мой дед. И вот… — Он выложил на стол мобильный телефон, нажал кнопку, демонстрируя фото бритоголового.

— С этим типом она пересекалась дважды. Практически у меня под носом. Оба раза в помещениях, где нет камер. Выглядело это как случайная встреча, словно бритый спрашивал ее, скажем, как пройти в туалет. Второй разговор я записал на телефон. Качество записи так себе да и испанского я не знаю.

Алексеев вернулся в кресло и нагнулся над журнальным столиком, разглядывая бритоголового внимательно.

— Включай, — распорядился Дмитрий и прослушал запись, склонив голову набок.

Прослушав дважды, он перевел дословно:

— Мужчина сказал: «Дело сделано. Пару дней раскрутим его. Лео затеял взять с них деньги. Тут это распространено. Будет натуральнее». Он еще что-то говорил, я не разобрал. А вот она ответила: «Зачем второй? Большой риск. Он готов общаться?» Бритый ответил: «Пока нет. Но не так уж важно. Основная задача другая». Они еще о чем-то говорили, но очень тихо. Не заподозрили, что ты записал? Ты мне нужен в Тегеране, не хочу тебя потерять. Что там у тебя еще?

Фардин достал из кармана свернутую газету и договор аренды.

— Хорошо бы проверить и договор аренды на виллу в Рио Чико, — прокомментировал он. — Подозреваю, что она снята тоже на чужое имя.

— Похищение— их работа? — пожал плечами Алексеев. — Зачем им племянник дизайнерши? Он же венесуэлец. Считаешь, связан с ЦРУ?