Книга Иранская турбулентность, страница 34 – Ирина Дегтярева

— Пора тебе возвращаться… Давай подытожим. Мы делаем ставку на Рауфа. Он, кстати, не в Ардебиле. Задержанный говорил, что во время их последнего общения Рауф жил в Мешхеде. Надо найти его. Восстановить ваше общение. Есть смысл продемонстрировать, что ты разочарован во власти, в нынешних порядках, царящих в Иране, жалеешь, что эмигрировал. Задача — выяснить, какие силы задействованы, какие сроки, источники финансирования. Я имею в виду, не в общих чертах, а конкретные фамилии, адреса… Есть опасения, что группа Рауфа переместится в Тегеран. Это предположил задержанный, во всяком случае, такие планы обсуждались при нем. Если так, тебе будет легче его отыскать. Аналитики в Центре не исключают, что основная цель этой группы при таком раскладе будет ликвидация высших чиновников Ирана. Возможно, посредством терактов в столице. Начнутся беспорядки и одновременно, в час «Х» прозвучат взрывы в Министерстве обороны и в госучреждениях Тегерана.

— Если Центру известно о том, что планируются беспорядки и, возможно, госпереворот, стало быть, это произойдет в ближайшее время. В течении месяца-двух, так? Неужели, ты думаешь, что мне удастся так расшевелить Рафа, напомнив ему о школьной дружбе, что он выложит мне как на духу весь расклад?

— У тебя полный карт-бланш, вплоть до полномочий по вербовке, в том числе и Рауфа, если возникнет необходимость и ты поймешь, что это безопасно для тебя самого. Надеюсь, время у нас есть. Косвенные признаки указывают,что приготовления идут, но пока не в фазе низкого старта. Рауф — цель. Однако это не исключает параллельных разработок. Камран любопытный персонаж. Попытайся с ним сблизиться. Симин не сбрасывай со счетов. У вас есть более близкие отношения?

Фардин покачал головой, чувствуя, что «тихая» жизнь закончилась. Главный фактор теперь — время. А значит, придется действовать резко.

— Думаю, Центр не будет возражать насчет более тесного общения, — Алексеев наклонил голову, пряча улыбку. — Если мы правы насчет художницы, она может пригодиться.

Он вроде шутил, пытался вести себя непринужденно, однако чувствовалось, что он мнется, оставив напоследок нечто важное.

— Есть еще кое-что, но это не по делу. Личное. По поводу сеньора Лопес и сеньоры Герреро. Ты же понимаешь, о ком речь?

— Митя, не тяни. Что-то удалось узнать?

— Они пропали в тысяча девятьсот восемьдесят шестом году, — повторил Алексеев то, что уже было известно Фардину о его родителях, работавших в Венесуэле. — Нам только сейчас удалось найти человека, который жил рядом с ними. Он совсем старик, обитает в доме престарелых. Они погибли в автокатастрофе.

Фардин подумал, что это, наверное, судьба у Алексеева такая — сообщать ему о гибели близких.

— Считаешь, их убили?

Фардин и сам удивился, что ничего не почувствовал, в отличие от того раза, когда узнал о гибели деда. Тогда горе обрушилось лавиной, придавило и даже раздавило. Либо за долгие годы ожидания новостей он уже смирился с мыслью, что их нет в живых, либо сыграло роль то, что он их вовсе не знал.

Думая о своем сыне Дильдаре, Фардин часто проводил параллели со своей судьбой. Он, в отличие от своего деда, не планировал готовить сына к работе разведчика. А главное, сын его хотя бы знал и, хоть и нечасто, но они виделись, общались.