Онлайн книга «Украденное братство»
|
Вечером, вернувшись в гараж, он не пошел к Зое Николаевне. Он сел на корточки у своей машины и начал протирать фары, счищая засохшую грязь и пятна, похожие на кровь. Это был ритуал. Попытка вернуть хоть какой-то контроль над хаосом. Каждое движение тряпки было молчаливым протестом против того беспорядка, что царил снаружи. Саша — студент-медик молча наблюдалза ним из дверей гаража. Он понимал, что стал свидетелем не просто работы, а медленного саморазрушения человека, который видел слишком много. И он начинал понимать цену той холодной отрешенности Андрея. Это была не сила. Это была последняя линия обороны. А на следующий день снова будут обстрелы. Снова вызовы. Снова молчаливые, испуганные глаза в подвалах. И Андрей снова сядет за руль, будет вести свою «скорую» через руины своего города, стараясь не смотреть по сторонам, потому что каждый новый шрам на знакомых зданиях — это был шрам и на его душе. А душа, как он обнаружил, не имеет бесконечного ресурса к заживлению. * * * Богдан сидел за массивным дубовым столом в своём кабинете на окраине Киева. Стены помещения украшали старые карты и выцветшие фотографии героев УПА — символы его идеологии, которые он бережно хранил как святыню. В углу комнаты стоял флаг с жёлто-синими полосами, а на подоконнике лежала папка с пометкой «Секретно». Богдан был не просто командиром; он считал себя проводником великой миссии, борцом за чистоту украинской земли. Для него это была война не только против внешнего врага, но и против тех, кто, по его мнению, предал её. Телефонный звонок разорвал тишину. На другом конце провода находился Микола, командир батальона «Волчий клык», созданного по решению самого Богдана всего несколько месяцев назад. Голос Миколы звучал напряжённо, словно ему было трудно произнести ту новость, которую он собирался озвучить. — Богдан! — Начал Микола. — Наши люди устали. Обстрелы… они говорят, что это слишком. Там ведь мирные люди… — Мирные? — Богдан перебил его резким тоном, а голос стал холодным, как зимний ветер над Карпатами. — А ты знаешь, сколько наших людей погибло от рук этих так называемых «мирных»? Они выбрали сторону, Микола. Если мы хотим победить, нельзя колебаться. Ты понял меня? Микола молчал, сжимая трубку до боли в пальцах. Он знал, что спорить бесполезно. Богдан никогда не принимал возражений, особенно когда дело касалось его приказов. Но в глубине души Микола чувствовал, что эти слова были лишь попыткой оправдать действия, которые становились всё более жестокими. — Помни! — Продолжил Богдан, немного смягчив тон, но всё ещё сохраняя строгость, — ты должен держаться подальше от передовой. Твоя задача — координироватьдействия, решать вопросы снабжения и думать о тактике. Мы не можем позволить себе потерять такого человека, как ты. Без тебя батальон потеряет управление. Эти слова прозвучали почти как забота, но Микола слишком хорошо знал Богдана, чтобы поверить в искренность его слов. Это был расчёт, а не участие. Богдан всегда предпочитал оставаться в безопасности, отправляя других выполнять грязную работу. Микола положил трубку и задумчиво посмотрел в окно, принялся наблюдать за суетой при погрузке вооружения и ящиков с боекомплектом, что недавно поступили в расположение его батальона, в лесном массиве под Киевом, где когда-то давно действовал детский летний лагерь. |