Книга Цепная реакция, страница 111 – Дмитрий Поляков-Катин

—Ммм… я знаю этот банк. Это просто предбанник Банка международных расчетов. Мы с ним не работали, насколько я знаю. Но развеэто имеет значение, если мы по уши в БМР? По уши. БМР втянут чуть не во все наши операции.

—Какая неожиданная новость, — съязвил Даллес.

Бай не обратил внимания на его реплику. С кислой миной он продолжил:

—Это большая неприятность, Ал. И знаешь почему? Потому что этим занимаются немцы. Значит — Рейхсбанк. Скорее всего именно они подметают за собой.

—Ну, подметают — и ладно. В конце концов, нам-то какое дело? — отмахнулся Даллес и вдруг осекся.

—Вот-вот, — ткнул в него пальцем Бай, — и я о том же. Ведь ты понимаешь, они не станут церемониться, когда в своем грязном белье найдут наше. Думаю, разговор идет об обмене. Репутация банка выстраивается столетиями, а рушится по щелчку пальцев — вот за что они их зацепили. Вопрос один: что, черт побери, заберут крауты? Или уже забрали? Что они уничтожат, а что оставят в неприкосновенности, чтобы иметь основание для шантажа? Если всё так, как я думаю, мы в опасности. На их месте я бы подчистил за собой, но схемы сотрудничества с врагом, то есть с нами, припрятал, чтобы в нужный момент была возможность прикрыться.

Неожиданно масштаб угрозы раскрылся перед Даллесом во всей своей полноте. С момента объявления Гитлером войны Соединенным Штатам 11 декабря 1941 года не весь американский бизнес порвал с рейхом. Тот же «Чейз нэшнл бэнк» не стал закрывать свои отделения в Париже и Виши, ликвидировал счета французских евреев и даже финансировал работу посольства Германии в оккупированной Франции; счетные машины IBM применялись в Комитете рейха по статистике для подсчета в том числе количества умерших заключенных концлагерей на квадратный метр, общение осуществлялось через женевский филиал IBM и ее дочернюю фирму «Дехомаг»; автомобильный завод компании «Форд» в Берне не только ремонтировал и переоборудовал грузовики вермахта, но и импортировал запчасти в рейх, благодаря чему немцы имели возможность увеличивать свои средства на клиринговых счетах. И это была вершина айсберга. Все остальное тщательно укрывалось в недрах таких монстров, как Банк международных расчетов, где влияние Германии оставалось неоспоримым. Особенно тонким моментом был непрерывный поток в Швейцарию «грязного» золота нацистов, которое, пройдя чистку в банковских «прачечных», расползалось в разные стороны по проторенным тропам.

—Свяжисьс Вашингтоном, — устало сказал Даллес. — Ознакомь их с нашими фантазиями.

—Хорошо. Но сперва я постараюсь побольше разузнать здесь.

—Если все так, как ты говоришь, Стив, придется что-то предпринимать… — Даллес помолчал, пыхнул трубкой и спросил: — Не понимаю, почему всё сливают в Цюрих?

—Там филиал Банка торговых коммуникаций. Тихий, незаметный. По-моему, очень удобно, если хочешь провернуть дело без лишнего шума. И до рейха рукой подать.

Как раз в филиале Банка торговых коммуникаций на Мозерштрассе, 7 помощницей управляющего работала княжна Елена Звягинцева, Элен.

– Господа, мы все здесь деловые люди и понимаем, что подобное взаимодействие предполагает обмен. В прошлый раз я говорил и хочу повторить, что предметом разговора не могут быть гарантии насчет послевоенной судьбы Германии. Наше понимание условий исходит из того, что безоговорочная капитуляция рейха неизбежна — независимо от числа жертв с обеих сторон. Если вы разделяете эту максиму, мы можем продолжить общение.