Книга Операция «Северные потоки», страница 111 – Ирина Дегтярева

— Эдуард Александрович, а этих людей знаете? — Ермилов выложил перед ним фотографии Демченко и Гончар.

— Мы служили вместе в семьдесят третьем, — Кулаков приподнял одну бровь. — Странно…

В процессе допроса Ермилов понял, что бровь у него дергается не от удивления, а скорее всего, от контузии, полученной в Иловайском котле. Кулаков вообще оказался безэмоциональным типом, по выражению его лица понять что-то было сложно.

— Что именно?

— Как раз об этих двоих расспрашивал меня Правник еще в Киеве. Нас знакомили в столице. Я подъехал в Броварский район, там у гуровцев база не только дроноводов, но и по подготовке агентов-диверсантов. — Кулаков усмехнулся, продемонстрировав пару металлических зубов. — Я, грешным делом, подумал, что меня хотят определить в инструктора… Встретились в учебном классе. Познакомил нас офицер ГУР — Роман.

— Он? — Ермилов предвидел такой расклад и запросил из Москвы фото Черкасского, полученное в ходе операции «Пилот»,гуровцы тогда, вопреки всем правилам конспирации, напрямую, показывая свои лица по видеосвязи в мессенджерах, разговаривали с российскими пилотами, пытаясь их завербовать.

— Так точно, — согласился Кулаков. — Роман пояснил, что на вражеской территории нам придется работать вместе, поэтому личный контакт важен. Ну и попросил рассказать Правнику о некоторых моих бывших сослуживцах. Особенно их интересовал Филя, то есть Демченко. Алена постольку-поскольку. Их заинтересовало то, что у них отношения, а Филя бегает за ней как щенок.

— Вы знаете человека с псевдонимом Визирь?

— Не помню такого, — пожал плечами Кулаков.

— С английской спецслужбой вы имели контакты?

Кулаков занервничал, насколько это можно было понять по его невозмутимой физиономии. Он поерзал на стуле и спросил:

— Разве вы не знаете, что они у нас как хозяева шастают по территории Центра? Лично не пересекался. Но большинство наших спецопераций и диверсий их аналитики просчитывают.

— Имя Кристофер Доннелли вам знакомо?

— Нет, говорю же, лично не пересекался. Я не из руководящего состава. Сам исполнитель. Иначе какого лешего стал бы с оружием в руках лезть под пули! Я вообще боевой пловец. Нас столько лет обучали, чтобы потом банально сунуть в бой.

— Вы имеете в виду бои на Донбассе?

— В Херсоне тоже…

Ермилов поднялся, собираясь уходить.

— Вот тут вы лукавите, Эдуард Александрович. В Херсоне вас явно собирались использовать по прямому назначению, для диверсий на воде. Не преуменьшайте вашу значимость.

Кулаков отмахнулся:

— Мне все равно сидеть, долго сидеть. Может, и планировали… Теперь-то что говорить! Мне лишний срок не нужен.

Ермилов вышел из допросной с четким пониманием — Кулаков идет на сотрудничество только в вопросах, не грозящих увеличением его срока. Он имел вполне конкретные диверсионные задания, которые должен был совершить в Херсоне со своими подручными. Не вышло, так чего он будет добавлять себе статьи.

Горюнов, дождавшись в коридоре окончания допроса, просмотрел распечатку излияний Кулакова, сделанную для него Ермиловым.

— Доннелли? — переспросил он, обратив внимание на эту фамилию. — В Ливии и Сирии с подачи этого типа велась активная антирусская пропаганда. Он один из тех, кто готовил отчет о России для Комитета Парламента по разведке ибезопасности. Там Россия была названа «враждебным государством, более опасным, чем Исламское государство». Говорили о необходимости на долгое время лишить Россию друзей и союзников по всему миру — это одна из главных задач MI6, а Великобритания, что давно не секрет, является центром по продвижению антироссийского лобби.