Книга Операция «Северные потоки», страница 110 – Ирина Дегтярева

— «Наш Камиль»? — поинтересовался Ермилов.

— А я не сказал? Мои люди говорят, что он связан не только с диверсантами с Крымского моста, но и со Стеценко. А от тебя я слышал эту фамилию. Наш Камиль — профи, такой же, как и Стеценко. И он, по моим сведениям, в Крыму. Задерживали же в сентябре тех, кто готовил теракты против чиновников. Вроде как он и к этому причастен.

— Профи, говоришь? — задумчиво переспросил Ермилов. — А случайно отпечатков пальцев его в какой-нибудь базе не имеется?

— В УБТ имеются, я подсуетился на Яворовском полигоне, жили-то в соседних комнатах. А что? Есть с чем сравнить?

— Убийца Ширяева? — Егоров догадался, о чем подумал Ермилов. Василий тоже достал сигарету, заметив, что Горюнов в кабинете шефа безнаказанно курит.

— Детям вредно, — Горюнов привстал с кресла, отобрал у Егорова сигарету, а затем бесцеремонно вытащил и остававшуюся у него пачку сигарет из нагрудного кармана.

Егоров, игнорировавший замечания Олега Константиновича о вреде курения, сейчас засмеялся и махнул рукой. У Ермилова создалось впечатление, что тот больше не закурит и что впервые после возвращения из Турции Вася выдохнул и стал похож на прежнего Егорова.

Через час было готово заключение эксперта по срочному запросу для столичных полковников. Отпечатки пальцев Визиря, запрошенные Горюновым из Москвы, совпали с теми, что Рустемов оставил в машине с трупом, найденной на территории заброшенного завода. Он не заботился о сокрытии улик, беспечно считая, что в России нигде в базах данных нет его отпечатков.

— Что нам это дает? — спросил Ермилов. — Кроме того, конечно, что мы раскрыли убийство.

— Мне лично ничего. Добавится статья Рустемову, и только, — Горюнов откинул голову на спинку кресла, изучил трещины на потолке и в задумчивости достал сигарету, зажал губами. — Да не буду курить, не сверкай глазами, мне так лучше думается. Я могу поприсутствовать на допросе Стеценко?

— О господи! — Олег был с Горюновым сейчас в кабинете наедине. — Может, ты скажешь, что и с Плотниковым этот вопрос согласовал? Мне самому пришлось запрашивать особое разрешение, договариваться со следователем, который вел дело. А у тебя все просто…

— Это гнусные инсинуации! Я запросил свое руководство, то есть Уварова. И Анатолий Сергеевич утвердилэто с твоим Плотниковым. Так что я чист перед законом.

⁂

Фотографию Стеценко Кулаков повертел в руках, даже повернул, словно надеялся увидеть там романтическую подпись «Кого люблю — тому дарю» или нечто подобное. Бросил ее на стол.

По телосложению он неуловимо напоминал Демченко. Оно и понятно, тренировали одну и ту же группу мышц, оба пловцы. Бритый почти наголо, со шрамами на черепе, выглядящий довольно молодо, с грубой внешностью жестокого человека, с голубыми водянистыми глазами, с крупными руками торчащими из рукавов синей водолазки. Кисти рук тяжелые, перевитые венами — натруженные руки. «Скольких он убил?» — подумал Ермилов.

— Это Правник. Как зовут на самом деле, понятия не имею. Мне дали с ним связь. Сказали, что он будет в Крыму, но может подъехать в Херсон, если потребуется.

— Что вам могло от него понадобиться?

— Оружие, — спокойно отреагировал на этот вопрос Кулаков. — Если бы удалось проникнуть без такого шума, какой у нас получился… — он засмеялся. Смех прозвучал зловеще. Он щедро пересыпал речь матом. — Перестрелку посреди города я вообще-то не планировал. Мы бы осели в городе и вели диверсионную работу. Так сказать, боевое подполье. Вот тогда и пригодился бы Правник. У него российское гражданство, он мог свободно перемещаться, делать для нас закладки в оговоренных заранее местах.