Книга Бывший, собака и прочие ужасы нашего городка, страница 6 – Анна Савина

— Я арестована? — спросила я у женщины. — Или задержана?

— Нет, — после паузы ответила она. — Мы просто хотели с вами поговорить.

— И наручники как нельзя лучше отразили это желание, — с сарказмом заметила я, демонстративно потирая запястья. Не то, чтобы мне было больно… Просто иногда нужно произвести правильное впечатление. И я его произвела.

— Ну, в свете случившегося вы должны войти в положение, извинить, моего коллегу, — проникновенно заметила она.

— В свете случившегося? — удивилась я.

Женщина вместо ответа побарабанилапальцами по столу и в свою очередь спросила:

— Вы знаете, где находится Колосов Роман Валентинович?

— Нет.

— Тогда, что вы делали в его доме?

— Он позвонил и попросил приехать.

— Не объяснил зачем?

— Нет.

— Скажите, а вы всегда кидаетесь по первому зову вашего бывшего мужа?

Вместо ответа, я достала смартфон и проиграла ей первое сообщение, что оставил мне Роман на автоответчике.

— А вы бы не кинулись? — спросила я. Но женщина не ответила, она продолжала спрашивать.

— И вы по-прежнему утверждаете, что погром в его доме устроил кто-то другой?

— Да. Мне-то это зачем?

— Ну, мало ли, при разводе всякое случается, бывает, обиды, как и суды тянутся годами. Может, вы ложки не поделили? Или этот самый дом?

— Этот самый дом ему завещала мать, а деньги на квартиру, в которой мы жили до развода, мне одолжили родители лет за пять до нашего с Романом знакомства. Машина у нас у каждого своя, так что… — Я развела руками. — Делить нам действительно нечего. И поверьте, если бы Роман хотел забрать из нашего дома ложки, я бы ему их отдала. Как и пододеяльники, как цветы в горшках и упаковку туалетной бумаги. Но его, как и меня, такая ерунда не волнует. Это все, что вы хотели узнать?

— Нет, — со вздохом сказала женщина и протянула мне свой смартфон, на котором появился короткий отрывок видеозаписи, сделанной камерой уличного наблюдения. Чёрно-белое изображение, на котором мой муж явно что-то эмоционально выговаривал пожилому седому мужчине, затем к ним подбежала молодая девушка, и Роман поднял руки в примирительном жесте, а потом ушёл. Пожилой мужчина обнял девушку, явно пытаясь её успокоить.

— Это ваш бывший муж? — спросила женщина.

— Да, — я не видела никакого смысла отрицать.

— А второго мужчину вы не узнаёте? Или девушку?

— Нет, — честно ответила я. И не стала добавлять, что эти люди стояли к камере спиной и я при всём желании не могла их узнать.

— Это Литов Алексей Иванович, отец нашего мэра. А девушка — Литова Мария, дочь нашего мэра.

— И что? Людям запрещено с ними разговаривать? Это ведь, судя по всему, произошло у какого-то кафе?

— Ресторана, — поправила меня оперативница.

—То есть в общественном месте. Так за что вы ищете Романа? Судя по этой записи, он ничего не сделал?

— Ну, — протянула она, — это каксказать. Сегодня утром, ровно через два дня после этого разговора, на пляже найдено тело Лидова Алексея семидесяти четырех лет. Тело этого человека, — она указала на собеседника Романа на записи.

— И… — спросила я, абсолютно не понимая, каким образом оказалась замешана в эту историю.

— И вы не можете отрицать, что разговор, о содержании которого мы можем только догадываться, шёл явно на повышенных тонах.

— Я и не отрицаю, — пожала плечами я. — Но я по-прежнему не понимаю, как это всё связано с Романом и со мной.