Книга Ситцев капкан, страница 222 – Алексей Небоходов

– Я не стану этого делать, – прошептала она.

– Всё равно сделаете, – ответил он, и на этот раз голос был усталым, как у человека, который перечитал слишком много чужой грязи. Только расскажите потом, как провернули с помощью моей покойной матери аферу на три с половиной миллиона долларов, – сказал он тем же спокойным, почти мягким тоном, и каждое слово падало в тишину кабинета как камень в воду. – И как, чтобы избежать позора и несправедливого обвинения, моя мать покончила с собой.

Мир вокруг Елены вдруг стал очень тихим, зимним. Даже уличный шум за окнами исчез, как будто город задержал дыхание на морозе. Она почувствовала, как холод поднимается от ступней к горлу, сжимая внутри так, что стало трудно дышать.

– Что ты сказал? – прошептала она.

Григорий не ответил сразу. Он медленно прошёл к креслу напротив её стола, сел, закинул ногу на ногу. Из рюкзака достал толстую папку, положил её на колени, но не открывал.

– Марина Григорьевна Иванова, – произнёс он, будто читал с надгробия. –Моя мать. Ваша компаньонка по алмазному бизнесу. Женщина, которая доверилась вам и поплатилась за это жизнью.

Елена схватилась онемевшими пальцами за край стола. В голове начинало проясняться – не как прозрение, а как медленное пробуждение после наркоза, когда сначала возвращается слух, потом зрение, а в самом конце – понимание того, где ты находишься и что с тобой происходило.

– Марина Иванова, – повторила она почти беззвучно.

– Вспомнили, – кивнул Григорий. – Та, что десять лет назад сидела в этом же кресле, где сижу я, и со слезами на глазах просила вас помочь ей выпутаться из той истории, в которую вы же её и втянули.

Он открыл папку, достал первый лист – фотокопию паспорта. На чёрно-белом снимке – женщина средних лет, с усталыми глазами и тонкими губами. В чертах лица было что-то знакомое, но Елена не могла сразу понять что именно, пока не посмотрела на Григория и не увидела те же самые глаза, тот же самый чуть скошенный подбородок.

– Помните теперь? – спросил он. – Или для вас все компаньоны одинаковы?

Память Елены заработала против её воли, вытаскивая из глубины то, что она старательно похоронила три года назад. Марина Иванова – её лучшая подруга и партнёр по бизнесу. У неё была небольшая партия алмазов, но она не знала, как их правильно оформить и продать. Елена тогда только входила в алмазный бизнес и искала любые способы расширения.

– Она сама ко мне пришла, – сказала Елена, и голос звучал чужим даже для неё самой.

– Конечно, сама, – согласился Григорий. – После того как вы её обработали.

Елена помнила.

– Она доверилась вам, – продолжал Григорий, листая документы. – Поверила, что вы поможете ей честно заработать. А вы предложили ей «хорошую сделку» через «надёжного партнёра».

Он поднял на неё глаза, и Елена поняла, что всё кончено. Не потому, что он знал правду – правду знали многие. А потому что он знал её именно так, как она выглядела с той стороны, где были её жертвы.

– Этим партнёром был Роман Скорпулёзов, – сказал Григорий. – Помните теперь?

Елена кивнула. Она помнила всё.

Григорий достал из папки пачку документов – не торопясь, как нотариус, зачитывающий завещание в присутствии всех наследников. Каждый лист лежал в отдельном файле, каждый был пронумерован и датирован. Было видно, что над этой коллекцией улик он работал не один месяц.