Книга Мертвая живая, страница 26 – Николай Леонов, Алексей Макеев

— Заполучить бы список и этих ребят. Что же это за клиенты такие?

Кристина пожала плечами:

— Может быть, патрон хранила этот список дома.

— Патрон?

— Алене нравилось, когда наедине я ее так называла. Тогда она очень смеялась и говорила, что чувствует себя главарем мафии. Если честно, это единственное, что мне не нравилось в моей работе. Глупое, дурацкое слово.

— Вы были близки? — сочувственно спросил Гуров, на самом деле, это было видно невооруженным глазом. Кристина искренне скорбела по начальнице.

— Она была доброй ко мне. Ей было не все равно. Понимаете, всех, кто работал с нами и вокруг нас, она всегда знала по именам. Даже в кафе, даже уборщиц. Вы думаете, мы обедали в каких-то очень дорогих ресторанах? На самом деле, мы ходили обедать или в кафе-столовую тут же, в ГУМе, или спускались на Никольскую, там есть «Пельменная». И это были очень хорошие обеды, просто и спокойно, без ложного пафоса. А я вам могу сказать точно, что Алена Сергеевна знала очень громкие и пафосные заведения, но она их не любила.

— Сколько человек было в вашем агентстве?

— Двое. Вернее, только мы двое приходили на работу и присутствовали в офисе.

— Только вы двое? — удивился Лев.

— Да, все остальные работали на удаленке из разных точек мира. Сейчас это очень удобно. Свой бухгалтер — она работала из Сербии. Микаэлла. Ее контакты есть там же, в записной книжке. Микаэлла очень любит пошутить, что родители так хотели мальчика, что дали ей такое имя, но она не в обиде. Ведь ее покровитель — Предводитель воинства Господня. Сербы все такие. Они очень добрые и искренне верят в Бога и семью.

— Вы дружите, да? — Гуров заметил, как лицо свидетельницы чуть осветилось каким-то очень приятным теплым чувством. Было заметно, что она радуется тому, что, может быть, скоро снова поговорит с Микаэллой, расскажет ей о визите странноватого полковника.

— Да, я даже прошлый отпуск проводила в Сомборе, в доме Мики. Поговорите с ней по видеосвязи. — Кристина снова улыбнулась. — Вы должны увидеть ее, прежде чем делать какие-то выводы. Она хороший человек и очень трудолюбива. И патологически честная.

— Хорошо. Но, Кристина, не может быть так, чтобы у вас больше не было персонала, ну, для примера, кто-то же администрировал вашу офисную технику.

— У нас было по два ноутбука — рабочий и для поездок, принтер и сканер. И камера, и много другое, но для обслуживания мы вызывали людей из компании, она есть в этой же записной книжке. Зачем ради этого держать постоянно рядом с собой или в штате дополнительного человека?

— Понятно. Адрес квартиры вашей патронессы, я так понимаю, тоже здесь? — Гуров похлопал по обложке блокнота.

— Нет, адреса там нет. Елена жила в старом доме, недалеко от Шереметьевского подворья. На работу она ходила пешком.

Кристина описала, как найти этот дом, и правда, оказалось совсем близко к ГУМу, а так как одна из центральных улиц города была всегда очень нарядной и хорошо узнаваемой, Гуров понял, что знает зрительно этот дом и проходил мимо него десятки раз.

— Я знаю, где это, спасибо.

— Вот. Дом желтого кирпича, третий этаж. Там осталось всего две квартиры. Ее — мансардная.

— Ого.

Кристина улыбнулась:

— Да. Это действительно ого. И очень здорово. Когда дома слышно, как звонят колокола. Там же поблизости монастырь. И одновременно — куранты. И сердце города бьется настолько рядом, что только руку протяни.