Книга Волчья балка, страница 129 – Виктор Мережко

— Очень любопытный материал.

Помощник привел миниатюрную камеру в рабочее положение, поставил ее на стол.

На экране через пару секунд появился выходящий из банка Глушко, и тут же ему наперерез выдвинулся Аверьян.

— Кто это? — ткнул пальцем в него Бежецкий.

— Некто Аверьян.

— Аверьян?.. Он знаком с Даниилом?

— Послушайте со звуком, и вы все поймете, Артемий Васильевич, — интригующе ответил Вадим. — Могу сделать погромче.

— Сам, — отмахнулся тот. — Ступай, если надо, позову.

Помощник ушел, Бежецкий уселся поудобнее и принялся внимательно смотреть на экран.

Начальник областного следственного управления Петр Петрович Фролов отложил бумаги, поднялся навстречу вошедшему в кабинет губернатору.

— Что-то вы зачастили ко мне, Борис Сергеевич.

— Это вас радует или огорчает? — улыбнулся тот.

— Настораживает. Не всё, видать, благополучно в Датском королевстве.

— Интуиция вас не обманывает, Петр Петрович, — Козлов уселся в кресло, положил плотную папку на стол. — Пришел посоветоваться.

— Не по рангу, господин губернатор. Если уж советоваться, то это должен делать я.

— У вас тоже проблемы?

— А у кого их нет?.. Вот чего стоит хотя бы эта катавасия с «Волчьей балкой».

— Да, там много чего намолочено. Где бы теперь взять силы все это разгрести, — Борис Сергеевич тяжело вздохнул, пододвинул к себе папку. — Я хочу завтра выступить по телевидению, Петр Петрович.

— С чего бы это вдруг?.. Обычно вы отчитываетесь в конце года. Вроде еще не время.

— Время… Самое время, уважаемый Петр Петрович, — губернатор внимательно посмотрел на собеседника. — Хочу подать в отставку.

— Что?

— Я намерен подать прошение об отставке, Петр Петрович. И обращусь с народу… к народу, который меня избрал… который поверил… с неким отчетом. Если хотите, с покаянной речью.

— По-моему, вы шутите, Борис Сергеевич. Или дурно спали.

— Спал я действительно отвратительно. О многом думал, многое перебрал, многое взвесил.И в итоге принял решение уйти.

— Из-за истории с вашим бывшим зятем?

— Не только. Просто не могу больше. Устал.

— Зачем ко мне пришли?.. Думаете, откажут на телевидении?

— Не откажут. Я уже распорядился об эфире, — Козлов помолчал. — Почему пришел к вам? Пришел просить об охране.

— Охране?

— Да, охране. Могу написать соответствующее заявление.

— Боитесь, что вас?..

— Не за себя боюсь. За дочку. Она молодая, ей еще жить.

— Думаю, это скорее все-таки обязанность полиции.

— Не доверяю. Я много лет просидел в губернаторском кресле, и кое-что знаю о полиции. Поэтому вынужден обратиться к вам. Вы надежнее.

Фролов вышел из-за стола, сделал несколько шагов по кабинету, остановился напротив губернатора.

— Вы хотите уйти до того, как разразится скандал?

— Нет, — ответил тот. — Как раз я не боюсь скандала. Может быть, мне будет даже легче, когда я сброшу с себя губернаторские регалии. Я смогу говорить откровеннее и честнее.

Лариса вымыла лицо от дневного пота и слоя тона, какое-то время изучала себя внимательно и придирчиво, что-то ей показалось не так, принялась тут же густо накладывать плотную маску. Услышала трель мобильника, вытерла бумажной салфеткой ладони, взяла трубку.

— Да, пап… Привет.

— Не разбудил? — спросил Борис Сергеевич.

— Привожу в порядок морду лица. Как ты?

— Пытаюсь привести в порядок мысли. Завтра выступление на телевидении.