Книга Волчья балка, страница 131 – Виктор Мережко

Они спали в небольшой выемке в лесопосадке. Спали крепко, устав после сегодняшнего изматывающего дня. Лежали рядом, плотно касаясь друг друга. Парень подложил Наташе под голову локоть, девушка дышала ровно и спокойно.

Над головой дрожали мелкой россыпью разномастные звезды, луна была круглая, сочная, полная, с четким изображением непонятных фигур.

Было совсем прохладно. Девушка, вздрогнув, проснулась, плотнее прижалась к Щуру.

— Холодно.

— То жарко, то холодно, — проворчал Щур. — Всё не слава богу, — он приобнял ее, покрепче прижал.

— Только не приставай.

— Размечталась.

Какое-то время молчали, стараясь уснуть, Наташа спросила:

— У тебя жена есть?

— Была.

— Развелись?

— Разбежались.

— Почему?

Парень взглянул на нее, проворчал:

— Больше говорить не о чем?

— А у меня уже есть парень.

— Тебе сколько лет, малявка?

— Семнадцать.

— И уже парень?.. Дед знает про это?

— А мы с ним даже еще не целовались.

— Голову бы оторвал… Сосед, что ли?

— Гаишник. С «Волчьей балки».

— Оп-па! — Щур слегка приподнялся. — Это ж который? Самый молодой, что ли? Младший лейтенант?

— Смеешься? Он зеленый и глупый.

— А ты прям старая и умная?.. Так который из гаишников присох?

— Гриша Гуляев. Старший лейтенант.

— Редкий прохиндей. Подметки на ходу рвет.

— Ты его знаешь?

— Всех знаю, кроме младшего лейтенанта. А Гришка твой еще тот перец. Наглый… Имел как-то с ним дело. Мимо кармана рубля не кинет.

— А мне он все равно нравится.

— Ну и дура.

— Не обзывайся, обижусь.

— На обиженных навоз возят.

Неожиданно совсем рядом послышался шорох, после него короткое рваное тявканье.

— Что это? — тихо спросила Наташа.

— Лиса. Как бы волковза собой не привела, — потянулся за сухой палкой, с силой швырнул ее в кусты. — Пошла, курва!

Послышался частый шорох убегающего животного, снова стало тихо.

— А если волки придут? — прошептала девушка.

— Будем драться.

— Я серьезно.

— Я тоже… Днем они отсыпаются, ночью выходят на охоту. Злые, голодные.

— Ты специально меня пугаешь?

— Говорю как есть. Поэтому лучше кочумаем.

Замолчали, лежали тихо, безмолвно, прислушивались ко всем звукам. Ухнула сдуру сова, прохлопав тяжелыми крыльями над головами, и снова тишина.

— Чем будем отбиваться? — едва слышно спросила Наташа.

— Кулаками, — сипловато рассмеялся Щур.

— Дурачок, — шутливо стукнула она его по плечу.

И тут буквально рядом, в десятке метров, протяжно и жутковато заголосил волк. Ему тут же ответила пара собратьев, и в итоге получилось довольно слаженное длинное хоровое пение, вызывающее оторопь.

— Я боюсь.

Щур не ответил, приподнялся, принялся с натугой ломать толстые сухие ветки вокруг себя. Наташа попыталась помочь, он резко оттолкнул ее.

— Не суйся!.. Мордой в ямку и лежать тихо!

Волчий вой послышался совсем близко, парень с шумом кинулся вперед, с размаху швырнул пару палок в кусты.

— Пошли! Геть, твари!.. Назад!

Похоже, один из волков отбежал, Щур принялся снова ломать кусты, оглянулся на притихшую в выемке девчонку и вдруг увидел в зарослях, метрах в пяти, два огонька, два горящих волчьих глаза. От страха и неожиданности на миг замер, затем сгреб все, что наломал, ринулся без разбора и смысла.

— Назад сказал!.. Исчезни, уродина!

Волк не шелохнулся, продолжал смотреть на человека спокойно, решительно, с пониманием своей задачи.

— Геть, сука! Убью! — увидел зашевелившуюся в ямке Наташу, завопил: — Лежать! — И тяжело ломанул на хищника, швыряя в него палками, ветками, всем, что попадалось под руки, и хрипло крича: — Убью гада!