Онлайн книга «Красная жатва и другие истории»
|
Перевернув сперва вверх дном весь город, нью-йоркская контора разослала по всем отделениям «Континентала» бюллетень со сведениями, изложенными выше, а также фотографиями и словесными портретами Сю и ее нового милого. Это было в конце 1927 года. У нас на руках было достаточно фотографий, и в течение нескольких месяцев все, у кого выдавалось свободное время, бродили по Сан-Франциско и Окленду в поисках пропавшей парочки. Мы их не нашли. Агентам в других городах повезло не больше. Потом, примерно через год, из нью-йоркской конторы пришла телеграмма. В расшифрованном виде она гласила: СЕГОДНЯ МАЙОР ХАМБЛТОН ПОЛУЧИЛ ТЕЛЕГРАМ МУ ДОЧЕРИ ИЗ САН-ФРАНЦИСКО ЦИТИРУЕМ ПОЖАЛУЙСТА ВЫШЛИ МНЕ ТЕЛЕГРАФОМ ТЫСЯЧУ ДОЛЛАРОВ АДРЕСУ ЭДДИС СТРИТ 601 КВАРТИРА 206 ТЧК ЕСЛИ ПОЗВОЛИШЬ ВЕРНУСЬ ДОМОЙ ТЧК ПОЖАЛУЙСТА СООБЩИ МОГУ ЛИ ВЕРНУТЬСЯ НО ПОЖАЛУЙСТА ВЫШЛИ ДЕНЬГИ ЛЮБОМ СЛУЧАЕ КОНЕЦ ЦИТАТЫ ХАМБЛТОН УПОЛНОМОЧИВАЕТ НЕМЕДЛЕННО ВЫПЛАТИТЬ ЕЙ ДЕНЬГИ ТЧК ОТРЯДИТЕ ОПЫТНОГО АГЕНТА ВРУЧИТЬ ДЕНЬГИ И ОРГАНИЗОВАТЬ ЕЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ ТЧК ВОЗМОЖНОСТИ ПОШЛИТЕ АГЕНТОВ МУЖЧИНУ И ЖЕНЩИНУ СОПРОВОЖДАТЬ ЕЕ СЮДА ТЧК ХАМБЛТОН ТЕЛЕГРАФИРУЕТ ЕЙ ТЧК НЕМЕДЛЕННО ДОЛОЖИТЕ ТЕЛЕГРАФОМ Старик вручил мне телеграмму и чек со словами: – Вы знакомы с ситуацией. Вы знаете, как распорядиться. Я сделал вид, что согласен с ним, пошел в банк, обменял чек на пачку купюр разного достоинства, сел в трамвай и вышел у Эддис-стрит, 601, довольно большого дома на углу. В вестибюле на почтовом ящике квартиры 206 значилось: «Дж. М. Уэйлс». Я нажал кнопку 206-й. Замок на двери зажужжал и отперся, я вошел в дом и, миновав лифт, поднялся по лестнице на второй этаж. Квартира 206 была рядом с лестницей. Мне открыл высокий, стройный человек лет тридцати с небольшим, в опрятном темном костюме. У него были узкие темные глаза и длинное бледное лицо. В темных, гладко зачесанных волосах блестела седина. – К мисс Хамблтон, – сказал я. – Э-э-э… У вас что к ней? – Голос звучал ровно, но не настолько ровно, чтобы быть неприятным. – Хотел бы ее увидеть. Веки чуть-чуть опустились, а брови чуть-чуть сдвинулись. Он спросил: – Это по поводу?.. – И смолк, внимательно глядя на меня. Я не поддержал разговор. Наконец он закончил вопрос: – …телеграммы? – Да. Длинное лицо сразу просветлело. Он спросил: – Вы от ее отца? – Да. Он отступил и распахнул дверь настежь. – Входите. Телеграмму от мистера Хамблтона ей принесли несколько минут назад. Там сказано, что кто-нибудь придет. Мы прошли по коридорчику в солнечную комнату, обставленную дешево, но чистую и опрятную. – Присаживайтесь, – сказал мужчина, показав на коричневую качалку. Я сел. Он опустился на обитый джутом диван, лицом ко мне. Я окинул взглядом комнату. Никаких признаков того, что здесь живет женщина, не обнаружил. Он потер длинную переносицу длинным пальцем и медленно спросил: – Вы принесли деньги? Я ответил, что мне больше хочется поговорить с ней. Он посмотрел на палец, которым тер нос, потом на меня и без нажима произнес: – Но я ее друг. – Да? – сказал я на это. – Да, – повторил он. Потом нахмурился и слегка растянул тонкогубый рот. – Я только спросил, принесли ли вы деньги. Я ничего не ответил. – Дело вот в чем, – начал он рассудительно, – если вы принесли деньги, она рассчитывает, что вы их передадите ей лично. Если вы не принесли деньги, то она не хочет с вами встречаться. Не думаю, что ее можно будет переубедить. Вот почему я спросил, принесли ли вы деньги. |