Книга Красная жатва и другие истории, страница 148 – Дэшил Хэммет

– Угу. Этим и занимаюсь. Но страшно надоедает: вскакиваешь в такси, выскакиваешь, убегаешь через черный ход…

Мы говорили и пили еще несколько минут, а потом я покинул номер Кери и гостиницу, пошел в аптеку, позвонил из автомата Дику Фоли домой, дал ему адрес смуглого и описал внешность.

– Дик, мне не надо, чтобы ты следил за Кери. Выясни, кто пытается за ним следить, и этого возьми под наблюдение. До утра просохнуть успеешь – и приступай.

Так закончился этот день.

Утро было дождливое и пробуждение неприятное. Может, из-за погоды; может, я чересчур порезвился накануне; так или иначе, порез на спине ощущался как полуметровый нарыв. Я позвонил доктору Канова, жившему подо мной, и попросил осмотреть рану перед уходом на работу. Он сменил повязку и велел мне денька два не перетруждаться. После того как он поковырялся в спине, мне стало легче, но я позвонил в агентство и сказал Старику, что, если ничего волнующего не произойдет, побуду сегодня на положении больного.

Весь день я просидел в кресле перед газовым камином с чтением и сигаретами, то и дело гасшими из-за сырости. Вечером по телефону организовал компанию для покера, но больших переживаний в игре на мою долю не выпало – ни в отрицательном смысле, ни в положительном. Закончил я с пятнадцатью долларами выигрыша, что было на пять долларов меньше, чем стоимость выпивки, которую я поставил гостям.

На другой день спине стало лучше – да и сам день стал лучше. Я отправился в агентство. На столе у меня лежала записка: звонил Дафф, Анжела Грейс Кардиган арестована за бродяжничество, месяц тюрьмы. Лежала и привычная стопка отчетов из разных отделений – их агенты по-прежнему не могут напасть на след Пападопулоса и Нэнси Риган. Пока я листал бумаги, вошел Дик Фоли.

– Засек его, – доложил он. – Тридцать – тридцать два года. Метр шестьдесят восемь. Пятьдесят восемь – пятьдесят девять кило. Светлый, песочные волосы. Глаза голубые. Лицо худое, ободрано. Пакость. Живет в меблирашках на Седьмой улице.

– Что он делал?

– Хвостом за Кери один квартал. Кери стряхнул его. Искал Кери до двух ночи. Не нашел. Домой. Следить дальше?

– Ступай в его клоповник и узнай, кто он.

Маленький канадец ушел на полчаса.

– Сэм Арли, – сказал он, вернувшись. – Здесь шесть месяцев. Якобы парикмахер – когда работает, – если вообще работает.

– У меня насчет Арли две догадки, – сказал я Дику. – Первая: это он порезал меня позапрошлой ночью в Сосалито. Вторая: с ним что-то случится.

Тратить слова понапрасну было не в правилах Дика, и он ничего не ответил.

Я позвонил в гостиницу Тома-Тома Кери и вызвал его к телефону.

– Приходите сюда, – пригласил я смуглого. – У меня для вас новости.

– Сейчас, только оденусь и позавтракаю, – пообещал он.

– Когда Кери уйдет отсюда, пойдешь за ним, – сказал я Дику, повесив трубку. – Теперь если Арли за него зацепится, может получиться дело. Постарайся это увидеть.

Затем я позвонил в бюро уголовного розыска и условился с сержантом Хантом зайти на квартиру к Анжеле Грейс Кардиган. После этого занялся бумажками, а немного позже Томми объявил, что пришел смуглый человек из Ногалеса.

– Этот жук, который следит за вами, – сообщил я ему, когда он сел и начал мастерить самокрутку, – парикмахер по фамилии Арли. – И я сказал ему, где живет Арли.