Книга Дамочкам наплевать, страница 63 – Питер Чейни

– Так, пустяки. По правде говоря, меня интересует не столько Эймс, сколько фальшивые ценные бумаги, в истории с которыми он вроде бы был замешан. Потерпите еще немного, и я вам расскажу.

Она не отвечает. Наверное, сейчас у дамочки крутятся все мозговые шестеренки. Вскоре подъезжаем к ее асьенде. Мексиканская служанка торчит в дверях. Она берет у меня шляпу. Внутри очень уютно. Красивая мебель. Чувствуется, эта Полетта умеет устроиться с комфортом.

Она открывает дверь комнаты, находящейся справа по коридору. Заходим туда. Полетта указывает на большое кресло-качалку. Оно стоит на веранде, тянущейся вдоль всей стены дома. Я иду на веранду, усаживаюсь в кресло, а Полетта смешивает нам коктейли. Слышу звон кусочков льда в бокалах.

Еще через минуту она выходит на веранду, держа в каждой руке по бокалу. Отдав мне один, она садится на стул напротив качалки.

– Рассказывайте, Лемми.

Предлагаю ей сигарету, чиркаю спичкой. Пламя спички освещает ее глаза, и по их выражению чувствуется, что дамочка она ушлая. Про таких говорят: знает про беспроволочный телеграф больше самого Маркони. Очень красноречивый взгляд. Я снова усаживаюсь в кресло.

– История такая. Почти в середине января нынешнего года Грэнворт Эймс сводит счеты с жизнью. Незадолго до этого он записывает на имя жены долларовые облигации общей суммой в двести кусков. Через какое-то время после его смерти вдова покидает Нью-Йорк и поселяется на ранчо близ Палм-Спрингс. В один прекрасный день она идет в местный банк с целью обналичить одну из облигаций. Облигация оказывается фальшивой. Расследование поручают мне. Я, как говорят, рою землю носом, но толком ничего узнать не могу. То есть за все время я не продвинулся ни на дюйм.

Пока я говорю, Полетта смотрит на окрестные холмы. Я вижу лишь силуэт ее головы.

– И тогда у меня появляется ощущение, что эта дамочка Генриетта – вдова Эймса – много чего знает про изготовление и сбыт фальшивок. Вот только мне никак ее не разговорить. И пока я верчусь волчком, Лэнгдон Бёрделл – бывший секретарь Эймса – вдруг выкладывает свои соображения. Он считает, что Грэнворт не совершал самоубийства. Парня попросту хлопнули, и сделала это Генриетта. Говоря между нами, дорогуша, я склоняюсь к такому же выводу.

Но предположим, я докажу, что она убила Грэнворта, и ее арестуют. Что мне это даст? Я по-прежнему должен узнать, где она добыла фальшивые облигации и кто их штампует. Поскольку ей грозит обвинение по статье «Умышленное убийство», она прекрасно знает: любые ее сведения о фальшивых ценных бумагах не только не скостят ей срок, но даже не спасут от электрического стула. Так какой ей смысл говорить?

Я выяснил, что в прошлом вы были близко знакомы с Грэнвортом Эймсом и часто виделись с ним. Вот я и подумал: может, вы сумеете мне помочь. Если Эймс был в вас влюблен, наверное, он вам много рассказывал о Генриетте. Мужчины всегда так поступают: рассказывают другим женщинам о своих женах. Возможно, он рассказывал вам что-то важное, чему вы не придали значения, а мне это может помочь в распутывании клубка. Пожалуйста, ответьте мне на несколько вопросов.

Первый и самый важный: Эймс передал жене настоящие облигации или фальшивки? Второй вопрос: могло быть так, что Генриетта все-таки получила настоящие облигации, но отнесла их в какое-то укромное местечко, где ей сделали высококачественные копии? Дамочка таким образом решила повысить свое благосостояние. Она считала, что у нее есть преимущество: ведь все знали, что муж вручил ей настоящие облигации, поэтому сбыть фальшивку не составит труда. А настоящие она прибережет. Как вам такое?