Книга Дочь Иезавели, страница 97 – Уильям Уилки Коллинз

– Тогда я оцепенел от ужаса, – рассказывал Джек, – и на какое-то время, боюсь, потерял рассудок. Не беспокойтесь – сейчас я тих, как мышка!

Со свечой в руке миссис Вагнер дошла с Джеком до его небольшой комнаты подле ее спальни. Когда она приподняла подушку, то увидела кожаный мешок на обычном месте. Несчастное лицо Джека, полное раскаяния, вызвало бы жалость даже у черствого человека, коим миссис Вагнер не была. Она ласково взяла его руку.

– Ложись в постель и, если тебе еще что-нибудь привидится, постарайся не кричать.

Не тут-то было. Джек отказывался ложиться, пока его не выслушают. Он упал на колени и молитвенно сложил руки.

– Когда вы учили меня молитвам, – проговорил он, – то сказали, что Бог слышит меня. И сейчас я говорю при Нем, что, когда засунул руку под подушку, мешок отсутствовал. А сна у меня не было ни в одном глазу. Вы мне верите?

Миссис Вагнер впечатлило это искреннее и пылкое заявление. Она не притворялась, когда сказала, что верит Джеку, и предложила развязать мешок, чтобы проверить, все ли на месте. Все ключи, и в том числе по-настоящему важный ключ от ее стола, лежали в мешке, там оказался один даже лишний. «Поговорим об этот завтра», – успокоила она Джека. Пожелав ему спокойной ночи, миссис Вагнер пошла к двери и тут заметила, что в замке нет ключа. В качестве защиты была еще и задвижка. «Ты закрыл дверь на задвижку перед сном»? – спросила она.

– Нет.

После такого ответа ей в душу невольно закралось подозрение.

– А где ключ от двери? – спросила она.

Джек смущенно опустил голову.

– Я положил его в мешок, чтоб тот казался больше.

Вернувшись к себе, миссис Вагнер глубоко задумалась, стоя у ожившего камина.

Пока Джек спал, кто угодно мог подкрасться к постели и потихоньку вытащить мешок из-под подушки. А некоторое время спустя, когда Джек поднял страшный шум и миссис Вагнер утешала его в своей комнате, этот человек вернул мешок на место. Кто был достаточно близко, чтобы слышать его крики? Вор мог находиться в пустых спальнях наверху или в помещениях офиса внизу. Если кража действительно имела место, то целью наверняка было похищение ключа от ее стола. Тогда, скорее всего, вор услышал поднятый Джеком гвалт из конторы. Кого в доме можно подозревать в воровстве? Честных слуг? Миссис Вагнер снова легла в постель. Она была не робкого десятка, но в этот раз, обдумывая случившееся, испытала тревогу.

В зимнее время работа в конторе начиналась в девять часов. Никто, начиная от старшего клерка до посыльного, не оставался на ночь в доме – мистер Келлер разрешал каждому проводить свободное время по своему усмотрению. «Я знаю, что могу всем им доверять, – говорил он, – и я хочу, чтоб они знали об этом».

Миссис Вагнер был известен этот порядок, и ей пришлось подняться всего лишь чуть раньше обычного, чтобы контора была в ее распоряжении. Ровно в восемь часов она в присутствии Джека сидела за письменным столом, внимательно осматривая ящик.

Все лежало на своем месте и в том же порядке. Деньги здесь не хранили. Правда, накануне она оставила в столе остановившиеся дорогие часы, чтобы не забыть отдать их в починку. Они тоже были целы. Если кто-то ночью открывал ее стол, то это был не обычный вор, и неизвестно, что он искал.

Миссис Вагнер открыла железный сейф. Она не знала точно, что именно хранится в нем. У нее как у старшего партнера тоже был ключ, но Келлеру чаще требовалось заглядывать в сейф. Сейчас, в утреннем полумраке, подробный осмотр был невозможен.