Онлайн книга «Тайна графа Одерли»
|
Долгие секунды я наблюдала, как тень дворецкого переминается с ноги на ногу. Прежде чем низкий голос оповестил: – Жив. У себя. Не ранен. Я прижала руки к груди: Жив и не ранен! Фортуна, спасибо! Спасибо, спасибо, спасибо! Благодарственные молитвы прервались торопливыми шагами, направляющимися к моему стражу. Несколько обрывистых фраз, которые я не разобрала, и дверь распахнулась, представляя не только дворецкого в напомаженном парике, но и Раджа. – Радж! – тепло улыбнулась я, будто не видела друга долгие месяцы. Он не разделил моей радости – лицо его исказилось горьким разочарованием. Он смотрел на меня с отвращением. С отвращением человека, которого предали. – Радж?.. Я все объяснить могу, я не… Отпрянул, как от прокаженной: – Просит тебя, Джесс. Вернее, не Джесс, а как… В общем, приводи себя в порядок, и пойдем. Не дав и слова сказать, он покинул кабинет, а я почувствовала, как огромная зияющая рана посреди груди вновь начала кровоточить. Он ненавидит меня. Как же надо было нагрешить, чтобы даже самый добрый человек во всем Дарктон-Холле возненавидел меня! Я кусала губы, когда умывала лицо и прочесывала пальцами волосы с особым остервенением. Радж не удостоил и взглядом, когда провожал меня к графским покоям в могильной тишине спящего поместья. Предстану перед ним. Луиза Ле Клер. Настоящая я. Чем ближе мы подходили, тем холоднее становилось, а как замерли у двери, колени начали предательски дрожать. Я вонзила ногти в ладони, умоляюще посмотрев на друга. – Ты очень хороший, Радж, – шепнула я, полагая, что это могут быть последние слова, сказанные ему. – Спасибо тебе. И прости меня, если сможешь. Он не ответил. Прикрыв глаза на несколько мгновений, распахнул дверь в покои Жестокого Графа Одерли. Генри безучастно глядел в камин. Уставшее лицо его не выражало ничего, поникшие плечи выдавали бессонную ночь, а несколько влажных прядей спадали на глаза. Невзирая на принятую ванну и чистый костюм, Генри не выглядел отдохнувшим – отнюдь, казался выпотрошенным. Не отмер и когда закрылась дверь. Мне нет оправданий. Я никогда не смогу вернуть его доверие, но я… Могу попытаться быть честной сейчас. Рассказать, как все было на самом деле. Рассказать, что мои чувства к нему – не обман. – Генри, я могу все объяснить, я… Он повернулся. Смотрел не на меня, а сквозь меня – словно я была пустым местом, призраком его воспоминаний о прекрасном прошлом. – Генри… – Я сделала нерешительный шаг, но он вытянул руку, запрещая приближаться. Не только в этом был посыл его жеста, ибо пальцы его что-то сжимали. – Это твое, – тихо сказал он. И протянул мой дневник. * * * Тело окаменело, я недоверчиво смотрела на протянутую длань. Пройдясь обжигающей волной с макушки до кончиков пальцев ног, отвращение окатило меня, и я прижала руку к животу, чтобы побороть тошноту. Деньги. Я вытаскивала деньги для Джейн из тайника, могла ли не закрыть? Могли ли обветшалые доски обвалиться? А кровать… тесно ли задвинула ее к стене? Все делала так спешно, так неосторожно… Колени подкосились, и я невольно опустилась на господское ложе. Он ничего не говорил. Каменный. Равнодушный. И это равнодушие ранило больнее кинжала – хотелось умолять, чтобы он кричал на меня, бил, сделал хоть что-нибудь! Но он молчал. – Г-генри… – голос дрогнул от слез. – Все не так, как может показаться. Я не… Я не хотела, вернее… Я не обо всем докладывала! Когда – когда… |