Книга Шелковая смерть, страница 43 – Наталья Звягинцева

– Я ведь не от неё одной это слышал, вот и подумал, что вы знаете… – начал с ходу оправдываться Василий, пытаясь насколько можно оттянуть страшный момент. – Знаете, как вас за глаза называют… – Адъютант набрал побольше воздуха и резко выдохнул: – Демоном.

Глаза Вислотского сузились, превратившись в сверкающие щёлки.

– Вот что скажу тебе, Василий, а ты постарайся хорошенько запомнить. Демонов в природе не существует. А кто в них верит, тот тёмный и необразованный. Надеюсь, что ты к этой категории не относишься, иначе долго ты у меня, как говоришь «в услужении», не задержишься.

Проворно вскочив и вытянувшись перед начальником, Василий низко склонил голову, да так и остался стоять.

– Простите меня, Николай Алексеевич, больше этого не повторится.

– То-то, – потеплевшим голосом ответил граф. – Садись обратно, нечего столбом тут торчать. Но помни, не стоит на сплетни, что глупые люди пересказывают, внимание обращать, а уж тем более запоминать их и дальше передавать.

Громов опустился в кресло, но головы так и не поднял. Щёки молодого человека пылали от стыда. Тем временем граф вновь обратил своё внимание на привезённые из дома Осминова вещи и сказал то, от чего Василия мгновенно прошиб холодный пот и сделалось ещё хуже. Неужто его улика, обнаружением которой он безмерно гордился, окажется вовсе не уликой?

– Есть вероятность, – будничным тоном начал граф, – что обрывок ткани, который ты снял с ширмы, вовсе не от женского платья, а от одеяния самого Осминова.

– Но Пашка же видела, как особа в кораллового цвета наряде зашла в ванную комнату, – пытаясь хоть как-то спасти ситуацию и сохранить лицо перед начальником, напомнил адъютант.

На что Николай Алексеевич заметил:

– Моё предположение этого факта не отвергает. Дама в таком платье могла зайти к Осминову. Но неужели не может быть двух вещей, примерно схожих по цвету? А на рисунках, сделанных полицейским художником, халат Осминова висит как раз на той самой ширме, с которой ты лоскуток снял. Здесь становится логичным предположить, что он и зацепился…

Громов не мог с этим поспорить. Логики его начальнику было не занимать.

– Сейчас мы это выясним. – Граф взмахом руки развернул тонкую атласную ткань халата, она бесшумно легла на его колени. – Принеси лоскут для сравнения.

Василий вскочил, метнулся к столу, где граф разложил всё собранное им по этому делу, и, бережно двумя пальцами прихватив коралловый лоскуток, передал его начальнику.

Спустя некоторое время тщательных исследований Вислотский отрезал:

– Определённо нет. Ничего общего: ни цвет, ни фактура, – и довольно кивнул адъютанту: – Я бы тоже расстроился, коли моё предположение оказалось верным. Но при расследовании ничем нельзя пренебрегать, особенно проверками.

Громов с облегчением выдохнул: значит, он ещё к чему-то пригоден.

– И, кажется, ты говорил, что горничная слышала шелест юбки? – без паузы продолжил граф.

– Так и есть, – кивнул Громов.

– Что ж, ткань и вправду шуршит, – констатировал Николай Алексеевич, растерев лоскуток в пальцах около самого уха. – Значит так, Василий, раз ты его обнаружил, то тебе и исследовать его поручаю. Завтра езжай по лавкам, покажи им лоскут. Выясни, не торгует ли кто этим материалом. Может, кто и узнает.

Передав кусочек тафты адъютанту, Вислотский переключился на последнюю вещь. Он развернул белый шёлк и стал внимательно его изучать.