Книга Бисквит королевы Виктории, страница 55 – Елена Михалёва

– Герман Борисович, умоляю, соглашайтесь! Вы знаете, как я рада вашей компании. А послушать вашу игру – верх моих мечтаний, – и затем добавила, обращаясь к баронессе: – Никогда не слышала, как Герман Борисович играет.

– Тогда мы не принимаем отказа, – отрезала леди Хилтон.

И Обухов уступил.

Они допили чай, обсуждая подробности грядущего чаепития и вспоминая прошлые вечера у баронессы Уайтли, но уже спустя пятнадцать минут Варя взглядом показала Герману на часы. Тот всё понял без слов.

– Леди Анна, нам очень жаль, но Варваре Николаевне пора возвращаться в институт. Мы вынуждены вас покинуть.

– Действительно, жаль, – она поднялась со стула вслед за гостями. – В таком случае ожидаю вас обоих в субботу к пяти. Приглашение в Смольный отправлю завтра же утром.

– Благодарим за чай, – Варя присела в реверансе.

Они попрощались. Хозяйка удалилась к себе, а гости вслед за лакеем направились в холл.

Пока они одевались у большого зеркала, Варя неожиданно вздрогнула, заметив движение под одним из столиков у стены.

Из-под скатерти с длинной бахромой вдруг показался чёрный мокрый нос и ткнул её в ногу, а когда Варя дёрнулась и, вскрикнув от неожиданности, отступила, из своего укрытия выскочила собака.

Это был маленький шустрый спаниель того удивительного бело-каштанового окраса, который зовётся бленхейм. Золотистая шерсть на его висячих ушах завивалась забавными кудряшками, а большие карие глаза казались такими тёмными, будто две громадные блестящие ягоды. Пёсик вновь ткнул Варю носом, тявкнул, а когда девушка наклонилась, чтобы погладить его, припустил прочь и скрылся в коридоре.

Всё заняло не более нескольких мгновений, но Воронцова ощутила острое беспокойство при виде этой собаки. Вероятно, всё было написано у неё на лице, потому что, когда они сели в экипаж, Герман спросил, всё ли в порядке.

– Этот спаниель, который пытался меня обнюхать, я просто убеждена, что это собака Кэти. Она говорила мне, что тётушка Анна за ним присматривает. Наверняка это был именно он, – сбивчиво выпалила Варя. – Томми. Так его зовут. Ох, надо было позвать его, но кличка совершенно вылетела у меня из головы.

Герман пожал плечами, не разделив её эмоций.

– По-моему, вы переволновались. Возможно, это совершенно другая собака. Насколько я помню, баронесса всегда держала дома животных. Да и вообще англичане искренне обожают собак.

Воронцова обиженно поджала губы.

– Не дуйтесь, Варвара Николаевна. Лучше скажите, на какие мысли вас навёл этот визит.

– Уайтли держалась столь спокойно. Просто скала, а не человек. Ни одной лишней эмоции, клянусь вам. Полагаю, баронесса вполне могла познакомить мать Кэти с Майклом Вудвиллом в один из её визитов в Англию. Быть может, даже сама в него тайно влюбилась, но уже была замужем за немолодым бароном. А теперь решила извести девочку, как напоминание о его связи со своей подругой Юджини… простите, Евгенией. Или, напротив, случайно узнала от Кэти, что та осведомлена об отцовских секретах, и выкрала девочку, чтобы выяснить подробности в собственных интересах…

Встретившись взглядом с Обуховым, Варя осеклась.

– Не смотрите на меня так. Думаете, я помешалась?

– Лишь полагаю, что вы усердствуете сверх меры. Мы ведь неспроста идём на чаепитие к баронессе?

– Неспроста, – протянула Воронцова, погружаясь в раздумья.