Книга Двойник с того света, страница 81 – Иван Любенко

– Прервётся ветвь Меншиковых по мужской линии, но, возможно, продолжится по женской?

– Верно, но вот тут могут быть неожиданности. Для того чтобы не допустить исчезновения рода, имеющего большое значение для всей империи, государь вправе пойти на дарование титула светлейшего князя тому, кто его ранее не имел. Потомок по женской линии унаследует не только имущество, но и частично фамилию, а значит, и герб именитого предка. А таковым на сегодняшний день является Иван Николаевич Корейша, гусар. Он сейчас молод, ему всего двадцать шесть, но он совершенно не интересуется историей сородичей. Любит кутнуть и поиграть на скачках. Да, хорош будет преемник! – Волков покачал головой, промокнул платком со лба пот и продолжил: – Но всё зависит от моего отца. Я не раз говорил с ним об этом и писал ему, но он медлит. Боится обнародовать свою связь с горничной и запятнать репутацию. А если бы он согласился, я бы стал не только дворянином, но и светлейшим князем Волковым-Меншиковым. Звучит, правда? Это вам не какой-нибудь Корейша-Меншиков и даже не купленное Папасовым дворянство и чин статского генерала… А если отец умрёт, я тотчас же обращусь к государю с прошением о признании меня продолжателем рода Меншиковых. И вот тут не последнюю роль сыграют те самые открытые письма отца и ваш перстень. Царю ничего не стоит даровать мне дворянство, титул и фамилию. – Негоциант заглянул в глаза собеседнику и сказал: – Я потому и в Ораниенбаум приехал, чтобы самолично взглянуть на деяния светлейшего князя. А тут смотрю – старое здание суконной фабрики, построенное ещё при нём. А на фронтоне – каменный герб Меншикова выбит, точно такой, как и на дворце. Познакомился с хозяином и узнал, что он собрался её продавать.По цене договорились. Думаю, вот ещё один козырь в случае обращения к государю, а тут Папасов появился со своими деньжищами и всё испортил. Вот я и разозлился на него. От того и скандал вышел.

– Странный вы человек, Александр Владимирович, – тихо выговорил Ардашев.

– Это почему?

– Ну как же! Сначала поведали мне, совершенно незнакомому человеку, все свои тайны. Признались, что перстень вам просто необходим. Дали понять, что вы баснословно богаты, а теперь называете цену всего лишь в две тысячи? Я так понимаю, что вы и десять за него отдадите, и двадцать, верно?

– Нет, молодой человек, вы ошибаетесь. Это украшение не волшебное, оно не сможет сделать меня Меншиковым сразу, как окажется на моём пальце. Даже письма отца более полезны для дела, чем перстень. Да вы и сами это понимаете, правда? Папасов его носил, хвастался небось, а теперь вы его мне демонстрируете, но никто из вас от этого не стал потомком Александра Даниловича, так?.. И запомните: всё в этом мире имеет цену, даже человеческая жизнь. Вопрос лишь в том, чем эта цена измеряется. Иногда это может быть прощальная улыбка любимого человека, а иногда плач ребёнка, но чаще всего – честь. Самое страшное – потерять уважение к самому себе. Так бывает, когда смалодушничаешь и не отомстишь. Я ведь не только ради себя стараюсь. У меня два сына и дочь. Если я не сумею добиться справедливости, то тогда у меня останется слабое утешение: я подарю старшему сыну перстень его великого предка… Три тысячи – моё последнее предложение.