Книга Парижский след, страница 6 – Иван Любенко

Дверцы распахнулись. Санитары вытащили из кареты носилки. Мужчина лет сорока прижимал руку к груди. На сером одеяле темнело кровавое пятно. Сухие губы едва заметно дрожали. Он морщился от боли, пока его несли по коридору, пахнущему карболовой кислотой и йодоформом.

— Осторожно. В перевязочную, — распорядился Поль Реми — высокий доктор с аккуратными усами.

Клотильда уже приготовила в перевязочной таз с водой и полотенце. Стройная и красивая сестра милосердия двигалась без суеты, а в её умных глазах читалась готовность поступиться собственным счастьем ради спасения страждущих. Впрочем, именно в этом самопожертвовании её счастье и заключалось. Тонкие пальцы с одинаковой уверенностью умели держать иглу и руку умирающего.

— Имя? — коротко спросил Реми, наклоняясь к раненому.

— Франсуа… — шёпотом выдохнул тот. — Франсуа… Дюбуа.

— Возраст сорок… сорок пять, — пробормотал медик, уже разрезая ножницами запылённый сюртук. — Сестра Клотильда, спирт. Снимаем рубаху. Стетоскоп.

Врач коснулся краем ладони лба мужчины — тот пылал жаром. Между третьим и четвёртым рёбрами, ближе к левой подмышечной линии, зиял кровавый прокол. Бедняга хрипел. На губах выступала пена.

— Сестра, — тихо сказал врач, — сосущая рана груди. Есть риск гемоторакса и раннего заражения плевры. Давящая повязка. Карбол, три процента. Подготовьте перевязочный материал и йодоформ. Будем дренировать, если потребуется.

— Да, доктор. — Клотильда уже прижимала чистую марлю к ране. — Пульс нитевидный. Дыхание поверхностное.

— Ещё, — Реми указал на стеклянную бутылку, — подогрейте. И позовите сестру Бланш: пусть принесёт стерильные инструменты. — Он наклонился к уху пациента. — Месье Дюбуа, вы меня слышите?

Губы раненого шевельнулись, и пальцы судорожно зацепились за край одеяла, но он кивнул.

— Слышит, — откликнулась Клотильда. — Пульс слабеет…

— Вижу. Держите повязку. — Врач поднял голову. — Если начнётся кровохарканье — сразу ко мне. Я буду у телефона.

— Сообщите в полицию? — тихо спросила она.

— Да. Пусть знают. Это не дуэль на набережной. И запишите: «Франсуа Дюбуа, сорока — сорока пяти лет. Привезён больничной каретой. Осмотр: проникающая рана грудной клетки слева, межрёберная. Пульс слабый, дыхание поверхностное. Риск инфицирования высокий».

— Как часто менять марлю?

— Каждые десять минут или по насыщению. И дайте ему немного воды — смочите губы, не больше.

— Доктор, вы думаете… — Она подняла глаза. — Он выдержит ночь?

Реми помолчал, а затем развёл руками:

— Мы сделаем всё. Но с такими ранениями обычно живут семь-восемь дней. Плевра заражается, развивается эмпиема. К третьим-четвёртым суткам лихорадка и интоксикация нарастают. Часто — сепсис, дыхательная недостаточность. Поэтому важны чистота и покой. А ваша бдительность — это половина лечения.

— Я не буду сменяться, останусь у него на ночь.

— Вы очень добросердечны.

Реми стянул тонкие каучуковые перчатки, швырнул их в таз с мыльной водой и направился к телефонному аппарату, висевшему на стене.

Врач покрутил рукоять аппарата и приложил к уху трубку.

— Соедините меня с префектурой полиции… Префектура?.. Дайте пост десятого округа. Доктор Поль Реми, больница Мюнисипаль де Санте на рю дю Фобур Сен-Дени. Срочно.

В трубке потрескивало, как в камине. Сначала послышалось «Алло», затем другой голос — чуть усталый, с сухой командной ноткой выговорил: