Книга Безмолвные лица, страница 76 – Дмитрий Ковальски

– Что привело вас сюда в столь жестокий час? – слабо спросил он, прислонившись к воротам.

Господин Форсберг предстал перед ними не как тот гордый владелец замка, каким был когда-то, а скорее как тень самого себя. Его тонкие пальцы беспрестанно дрожали, как будто его бил лихорадочный озноб, а ноги едва держали его, подогнувшись в коленях. Лицо было изможденным, с глубокими морщинами, словно каждое мгновение последних лет съедало его изнутри.

Доктор Ларсен и мэр обменялись короткими взглядами, затем шагнул вперед судья Берг.

– Мы желаем осмотреть больных, – сказал Конрад Берг требовательным тоном. – Мэр Хансен дал нам свое разрешение. С нами и воля Божья. – Он рукой указал на Матиаса.

Густав ответил то ли смехом, то ли кашлем.

– На этой земле разрешение мэра значит не больше, чем ветер, несущийся по болотам. Прошу покинуть мою землю по доброй воле. Ибо за этими стенами поселилось зло.

– Мы знаем, – перебил его мэр Хансен. – Потому и пришли.

– Для вашего же блага, господа, я не позволю вам переступить порог своего дома. Иначе я не ручаюсь за ваши жизни.

– Не смей мне угрожать! – взорвался судья. – Ты хоть знаешь, с кем ты говоришь?! Ты решил, что твое богатство укроет тебя от закона?! – Конрад встал вплотную к воротам, так что их лица были практически вплотную. – Либо ты откроешь эти ворота сам, либо закон!

Тяжело вздохнув, Густав отошел от них, так чтобы свет от факела не доставал до него.

– Увы, ваш закон бесполезен, – он развел руки, – как и вы сами!

Снова смех сквозь кашель, от которого у Конрада вскипела кровь.

– Вы пожалеете, господин Форсберг! – выкрикнул он. – Как и ведьма, что поселилась в вашем замке!

Уходя, Густав пожал плечами и громко ответил:

– Уже жалею!

Оставшись наедине с товарищами, судья Берг не мог больше сдерживать свою ярость. Он сделал несколько шагов вперед, сжал кулаки и, глядя на дверь, где только что исчез Густав Форсберг, резко выпалил:

– Он же явно издевается! – Голос его дрожал от гнева, и злость пульсировала так сильно, что в ушах звенели.

Мэр Хансен, пытаясь сохранить спокойствие, заговорил:

– Соберем совет… Напишем в столицу и вернемся, когда будем полностью готовы…

Но Берг, тряся головой, оборвал его:

– Вы в своем уме, Хансен? Он же погубит город! Пока мы будем ждать и действовать по правилам! Мы не можем тратить время на бумаги и запросы. Мы должны немедленно выяснить, что происходит в замке. Во что бы то ни стало!

Они долго спорили. Судья Берг и Матиас уверяли остальных, что откладывать не стоит. Доктор Ларсен сомневался, а мэр Хансен ссылался на закон. Они решили в пользу первых, лишь когда взошла полная луна. К тому времени огни в окнах замка погасли, открывая возможность незаметно проникнуть за ворота.

Не встретив никого из прислуги, Конрад решил было, что им повезло. Но потом задумался, что забота о тяжелобольных слишком хлопотное занятие. Замок никак не может выглядеть спокойным.

– Доктор Ларсен, – шепнул Конрад, – похоже ли, что в замке лечат пациентов?

– Сложно сказать, но, признаюсь, я ожидал увидеть иную картину.

Территория замка оказалась слишком тихой, как будто сама жизнь покинула это место. Никаких лишних звуков, ни шороха ветра в деревьях, ни шепота птиц. Замок выглядел брошенным, словно время здесь застыло.

Четверо мужчин без труда проникли внутрь. Огромные холлы и коридоры были пусты, их тихие шаги гулко отдавались эхом по каменным стенам. Все вокруг дышало забвением, точно само здание готовилось к встрече с неизбежным концом.