Онлайн книга «Рефлекс убийцы»
|
— Вы о чем сейчас? — насторожился Хлебников. — Ну как же, подозреваются все… — Прекращайте, Мария Сергеевна, — разозлился Аверин. — Могу вас всех обрадовать — будут соответствующие оргвыводы. Достанется и причастным, и непричастным. В том числе мне — за то, что доверился некомпетентным работникам. Заканчивайте тут, не забудьте все оформить. А вы, Олег Родионович, еще раз мне все расскажете и покажете… Доктор Краснов пришел сдаваться около 11 вечера. Дежурный курил на крыльце, видел, как он подходит. Доктор был сломлен, шел тяжело, с опущенной головой. Сообщил надтреснутым голосом, что хочет сделать признание. Дежурный предложил посидеть, сам занялся обзвоном. Краснов не порывался сбежать, был покорным. Прибежали люди, задержанного доставили в камеру для допросов. Изображение на экране было бледным, дрожало. Но в целом картинку передавало. Мужчина сильно сутулился, опустил плечи, взгляд был тусклый, невыразительный. Он говорил с усилием, хрипел, часто откашливался. — Я хочу сделать признание, — вещал доктор Краснов. — Последние два года я сотрудничал с английской разведкой, предоставлял ей информацию о своей текущей работе — а если конкретно, о проекте «Дельта»… На меня вышли во время отпуска, когда мы с женой отдыхали в Сочи… Потом связывались уже в Москве… Это были разные люди, но потом назначили постоянного куратора — Юджина Харрингтона. Я работал только с ним, имелся тайник недалеко в лесу, где я оставлял микропленки или скопированные материалы, а взамен получал деньги… Вернее, часть денег, другую часть переводили на сберкнижку в Госбанке, а еще, как уверял Юджин, мои деньги лежат в одном из лондонских банков — он регулярно оставлял копии банковских документов, которые я по прочтении сжигал… Несколько раз за все эти годы мы встречались в Москве, Харрингтон был любезен, уверял, что я сделал правильный выбор… Какая моя мотивация, вы спрашиваете? — Доктор криво усмехнулся. — Я люблю свою страну, но не люблю свое государство, которое за годы своего существования погубило миллионы человеческих жизней… Я не люблю этот гнилой строй, советскую систему в принципе… Вы уверены, что об этом сейчас уместно говорить? Меня недавно обыскивали на улице… — Доктор засмеялся каким-то дребезжащим смехом. — Видимо, искали микрокамеру… Нет, я не стал ее тогда выносить. Фотокамера лежит в моем столе — вместе с запасным комплектом микропленки. Нижний ящик, нужно лишь отогнуть фанерный уголок… Нет, я не боялся хранить аппаратуру на рабочем месте, никому бы не пришло в голову его обыскивать… — Почему вы решили прийти с повинной? — доносился глуховатый голос Кучевого. — Я просто устал… — Доктор обмяк, как спущенный воздушный шарик. — Вы не представляете, как смертельно я устал… Вечно бояться, притворяться… Куда-то пропал мой связник и куратор Харрингтон — он не выходит на связь, и я постоянно нервничаю… Органы уже здесь, ищут шпиона, у них есть круг подозреваемых, и я занимаю в нем почетное место… Еще день-два, и все кончится, я больше не могу выносить, это выше моих сил… Может быть, завтра я пожалею о том, что к вам пришел, но сегодня… В общем, что сделано, то сделано… — У вас были сообщники в учреждении? — донесся голос Марии. — Кто-то из коллег, подчиненных, может быть, сотрудники службы безопасности? |