Книга Изгой. Пан Станислав, страница 83 – Максим Мацель

– Не надо, дядя. Ты прости меня, что я тебя обидел. Дурак я! Просто так всё кругом… Не знаешь, кому верить. Ехать мне надо. После вернусь и всё расскажу.

Стас опрометью бросился на конюшню. Птицей взлетев в седло, он собирался рвануть вскачь, но тут на крыльцо выбежал дядя Антон, протягивая ему саблю – подарок Яна.

– Держи, Станислав! Не знаю, что ты удумал, только всяко так вернее будет.

Следы от саней Репнина хорошо виднелись на снегу, и Станислав пустил коня широким галопом в надежде скоро нагнать советника. На душе у него было легко. Теперь ему было совершенно очевидно, что ни Павел, ни Адам, и уж тем более Елена не имеют никакого отношения к убийствам. Оставалось только убедить в этом Репнина. Стас был уверен, что сделать это будет несложно. Он представил себе, как вытянется лицо Михаила Ивановича, когда тот поймет, что его версия рассыпалась. Да и на помощь Анжея он очень рассчитывал.

Каково же было удивление Стаса, когда след от саней свернул в сторону от дороги на Минск по направлению к имению Судзиловских. «Может, заблудились?» – подумал он, однако на душе у него стало тревожно. Он повернул коня следом за повозкой и рванул по уже знакомой дороге. Вскоре покажется Василевщина. А после до дома Елены рукой подать.

Вид на хутор открылся сразу, как только дорога вывела Стаса на вершину холма. Одного взгляда вниз хватило, чтобы он понял – случилась беда. Сани советника стояли поперек дороги. Вокруг них суетились вооруженные люди. Стас еще издали узнал Яна по его заметной красной шапке и отметил незнакомца с ружьем в руках. Ян с кем-то возился на земле. Силуэт еще одного человека выделялся темным фоном на белом снегу. Судя по его позе, тот был мертв.

Стас быстро приближался, на ходу извлекая саблю из ножен и мысленно благодаря дядю за такую предусмотрительность. Сейчас он уже хорошо видел лицо брата и понял, что тот связывает человека. Это был Репнин. Сердце Стаса ёкнуло. Безжизненно лежащее тело принадлежало Волгину. Яркое пятно крови рядом с телом казака не оставляло сомнений в том, что того убили. Ян с напарником заметили Стаса. Незнакомец принялся быстро перезаряжать ружье, однако Ян остановил того успокаивающим жестом.

– Станислав! Ты-то как здесь оказался? Я думал, ты в госпитале.

Стас осадил коня и начал шагом нарезать круги вокруг брата. Он мельком кинул взгляд на связанного Репнина. Шапка у того слетела с головы. На щеке виднелась свежая ссадина. Глаза советника горели бессильной злобой.

– Ты что творишь, Ян? Зачем на советника напали?

– Ты что, Станислав? Это же комендант из Минска!

Стас лишь одним глазом поглядывал на Яна. Его больше беспокоил второй. Тот всё время молчал и незаметнопытался зарядить ружье. Скорее всего, он не подчинялся брату и мог напасть в любой момент. Не дожидаясь выстрела в спину, Стас резко вонзил шпоры в бок лошади и в мгновение оказался рядом со ним. Один короткий удар рукоятью сабли ему в висок – и тот свалился в снег, уронив ружье.

– Станислав! Ты с ума сошел? Это же Збигнев. Мой товарищ!

– Освободи пленника, – приказал брату Стас, подъезжая к тому вплотную с саблей в руке.

– Так вот, значит, как! Ты меня что, моей же саблей ударить хочешь? А я думал, ты мне брат, родная кровь! Я верил тебе! А ты! Ты вместе с этими! – Ян кивнул на связанного советника. – Значит, Войцех правду говорил, что ты предатель! А я сомневался. Ну что же ты застыл? Давай! Руби!