Книга Изгой. Пан Станислав, страница 86 – Максим Мацель

– И ты береги себя, Станислав! Что же ты сейчас делать будешь? Такая беда из-за меня приключилась. Да и с тобой что станется? – Он кинул взгляд на советника, который продолжал сидеть в снегу, всё еще потирая руки.

– Не знаю, – искренне ответил Стас. – Скажи мне, Ян, ты ведь не убивал посланника год назад?

– Клянусь девой Марией, Станислав! Не моих это рук дело.

– И на кучера не нападал?

– Нет!

– Езжай, Ян. С богом. И поторопитесь.

Ян вскочил на коня и вскоре скрылся за горизонтом. Стас взял под уздцы впряженную в сани лошадь и подвел ее поближе к мертвому Волгину. С трудом погрузив тело казака, он проследовал к лежавшему навзничь Адаму.

– Мы едем к Судзиловским, – сказал он Репнину тоном, который отметал все возражения.

Весь путь до дома Елены прошел в абсолютном молчании. Каждый думал о своем. Репнин силился понять, добрался ли Семён с отрядом до места. Если да, то его положение будет гораздо проще. Он не станет церемониться, сразу арестует отца и дочь. В Минске будет разбираться, кто прав и кто виноват. Он заставлял себя успокоиться, понимая, что гнев – плохой советчик в любых делах, а уж в подобных и подавно. Давалось это непросто, ведь совсем недавно он и сам чудом избежал смерти. Жалко Волгина. Толковый казак был. Репнин успел прикипеть к его веселому беззаботному нраву за эти полгода.

Смерть Адама Судзиловского не тронула советника. Еще внутри его нарастало разочарование в Станиславе. Репнин все-таки надеялся, что Станислав особенный. Однако сейчас он самого себя называл дураком. С самого начала наивно было полагать, что парень поведет себя как-то по-другому, попав в родную среду с таким количеством соблазнов после лишений и каторги. А тут еще и любовь добавилась. У кого хочешь голову снесет. Хотя и винить его он не собирался. Мысленно поставив себя на место молодого шляхтича, Репнин понял, что вряд ли и сам повел бы себя по-иному.

Интересно, кто еще из местной шляхты собирался примкнуть к Адаму? Репнин вдруг осознал безвыходность ситуации, в которой оказались жители вновь присоединенных польских земель. И если мясорубка войны в целом пощадила их, то сейчас наступало время других испытаний. Поляки разбились на два лагеря – тех, кто лояльно относился к присоединению земель к России, и тех, кто не принимал новую данность.

В каждом лагере были маргиналы, типа Адама Судзиловского и Войцеха Булгарина. Смогут ли эти две стороны жить мирно бок о бок или по прошествии недолгого времени вцепятся друг другу в глотку? Работы для Тайной экспедиции здесь непочатый край. Да и то Репнин сомневался, что даже половину переделать удастся. Всё равно большинство тайн и преступлений так и останутся внутри этого шляхетского болота. Только Станислава он пока не мог ни к одному из двух противных лагерей отнести.

Чем ближе было до имения Судзиловских, тем тяжелее давалось Стасу продолжать путь. Боль физическая его не беспокоила. Он вообще позабыл про рану, которая еще утром отдавалась острым покалыванием в груди. Он не представлял, что сказать Елене. Какие словаутешения найти для нее и как открыть ей правду про себя. Стас мысленно корил себя за всё, что произошло. У него было достаточно времени, чтобы предотвратить подобное развитие событий. Он мог больше внимания уделить брату. Если уж не удержать того от поездки в Варшаву, то хотя бы отсрочить ее.