Книга Изгой. Пан Станислав, страница 106 – Максим Мацель

– Хороши методы у новой власти! Так это вы нашли убийцу?

– Нашел, пан Чернушевич!

– И кто же он? Это на самом деле Войцех? Или они? Непохоже, что все убийства совершены одним человеком.

– И тем не менее одним!

– Не смешите меня! – запротестовал Блощинский. – Я еще могу поверить, что Войцех в запале страсти пальнул в вас из-за угла. Но чтобы хладнокровно оттяпать голову посланнику, а потом с шайкой сорвиголов напасть на гарнизонную кассу…

– Пан Блощинский, вы ведь знаете, что убийца посланника имел несколько другой мотив, чем просто страсть.

– И откуда мне это знать, позвольте полюбопытствовать?

– Не прикидывайтесь дурачком, Николай. Вам это не к лицу. Вы и пан Орда уже давно разгадали тайну медальона Елены.

– Я протестую, Станислав! – возмутился Орда. – Мне кажется, вы собираетесь голословно обвинить в преступлении невиновных. Да, у нас с Николя появились определенные догадки после того, как мы внимательно рассмотрели медальон. Однако этот факт никоим образом не указывает на наше участие в преступлениях. В отличие от вас, мы не спешим сыпать пустыми обвинениями налево и направо. Между тем у ваших комендантас урядником есть признание Войцеха. Да они мне сами об этом сказали.

– Войцеха? Несчастный малец даже в меня не стрелял.

– Как же так? – удивился доктор. – Ведь он сознался.

– Войцех всего лишь прочел мою переписку с дознавателями. Хотя, мне кажется, и нашел-то он ее не сам. Ему помогли. Очень вовремя помогли. Всему виной любовь, пан Викентий. Да-да, любовь! Не смотрите на меня так. Войцех очень сильно любил одного человека. Его благородное сердце подсказало ему только один выход – взять всю вину на себя.

Все вдруг перевели взоры на Елену.

– Ты в своем уме, Станислав? – возмутилась она.

– Войцех влюблен в Елену? – воскликнул Чернушевич.

– Нет-нет, панове. Это не любовь между мужчиной и женщиной. Это братская любовь. Войцех покрывает преступления своего брата Александра.

– Бред! Чушь! – вспылил Александр. – Как вы смеете? У вас нет доказательств. Какой посланник? Какая еще полковая касса?

– Войцех видел вас в саду в ночь убийства посланника, Александр. И он открылся вам. Но вы понимали, что долго хранить такую тайну ваш младший брат не в состоянии. Вспомните, как старательно вы затыкали ему рот во время нашей первой встречи. Вам надо было срочно избавиться от него, и случай подвернулся. Это ведь вы выследили меня в тот момент, когда я пытался переправить письма в Минск. Войцех попросту не мог тогда там оказаться. Они с Яном были на охоте у пана Пузыны. После в самый разгар праздника вы показали брату переписку и сыграли на его патриотических чувствах. Подстрекали его убить меня.

– Похоже, наш лжешляхтич в добавок ко всему еще и медиум, – нервно засмеялся Александр. – Это всё пустые слова и ваши догадки. Меня не было в саду у Судзиловских в ночь убийства посланника. Это очень просто выяснить. Я всегда был на виду у кого-то из гостей и ни на минуту не оставался один. Попробуйте-ка доказать свою ересь.

– Может быть, больше года прошло. Сложно будет всё доказать. Но только это не касается покушения на меня. Вот, полюбуйтесь! – Стас достал из кармана сверток. – Эту пулю извлекли из стены дома Судзиловских. Я показывал ее сегодня нашему доктору. Ее в меня выпустил убийца в тот злополучный вечер, доктор подтвердит. Обратите внимание на калибр и нарезы. У Войцеха при аресте нашли пистоль совершенно другого калибра. Думаю, еслибы он тогда выстрелил в меня из своего оружия, мы бы сейчас не разговаривали. Он бы разнес мне всю грудную клетку. Да и выстрел сразу бы услыхали, несмотря на громкую музыку. А эта пулька, – Стас аккуратно взял пулю двумя пальцами, – могла быть выпущена только из вашего терцероля^[92], Александр. Это весьма редкое оружие. Я видел его в вашей коллекции, когда был в гостях. Из-за нарезов скорость пули была очень высокой, а благодаря небольшому размеру она просто прошила меня насквозь. К счастью, не задев жизненных органов. Что, уже сожалеете, что решили тогда похвастать дорогими игрушками перед залетным бродягой? У Войцеха нашли при себе значительную сумму. Думаю, вы купили своего родного брата. Дали ему денег на побег и на покупку снаряжения, ведь он так хотел стать уланом. Дорогое удовольствие. Это вы подговорили Войцеха меня убить. Одним выстрелом устранить и соперника на личном фронте, и угрозу быть раскрытым в прошлых преступлениях. Да и от притязаний брата на часть наследства избавиться. Но юноша не смог. Тот, кого все считали сопляком и молокососом, оказался обладателем благородного сердца и не выстрелил исподтишка, потому у вас иного выхода не было, как стрелять самому.