Книга Красная Москва, страница 59 – Валерий Шарапов

Никитин остановился под фонарем, достал папиросы. Руки дрожали — не от холода, а отволнения. Ему казалось. Что он был близко к разгадке, очень близко.

— Аркадий Петрович, — окликнул его Орлов, — вы что-то обронили…

Никитин обернулся. Помощник поднимал с тротуара его записную книжку.

— Спасибо, Виктор. Задумался.

— О чем?

— О том, что наш Левин гораздо хитрее, чем кажется. — Никитин спрятал книжку в карман. — Он сейчас лихорадочно думает, как поступить дальше. Завтра его выпишут, и он окажется под нашим пристальным вниманием.

— И что он предпримет?

— Будет ждать, когда Элеонора снова выйдет на связь с ним. Они ведь должны встретиться и договориться о взаимном молчании. Эту встречу Левин всячески станет скрывать от нас.

— Хорошо бы установить за ним наблюдение.

— Хорошо бы. Причем не простое наблюдение. Он опытный человек, фронтовик. Заметит слежку сразу. Нужно действовать тонко.

Они дошли до перекрестка. Орлов собирался свернуть к себе домой, а Никитин — в противоположную сторону.

— Виктор, — остановил его Никитин, — завтра утром организуй контроль за больницей. Пусть Кочкин займет позицию у главного входа, а ты — у служебного. Как только Левина выпишут, не спускайте с него глаз.

— Он наверняка поедет на дачу.

— Это был бы лучший для нас вариант. А я пока что займусь другим вопросом. — Никитин затянулся папиросой. — Видишь ли, все убитые спекулянты были связаны между собой. Они наверняка знали друг друга, вели совместные дела. Левин слегка выпадает из этого ряда.

— Слишком мелкая сошка?

— Именно так. Это как если бы убийца поставил перед собой цель уничтожить командный состав батальона. А следователи среди убитых офицеров вдруг находят убитого солдата. Странно? Вот и у нас получается странно. Логический ряд нарушается.

— Вы думаете, Левин хорошо знал всех жертв? Знал, за что именно их убивают и кто будет следующим?

— Возможно. Допустим, он получил информацию о личном имуществе и денежных средствах состоятельных граждан. А потом узнает, что этих граждан кто-то методично убивает. Конечно, Левин испугается, потому как подозрение может упасть на него.

— А информацию об имуществе граждан он получил, к примеру, от сотрудницы нотариальной конторы, — предположил Орлов. — От Элеоноры.

— Да. Это была моя первая мысль, когда я узнал про нее. Элеонора видела завещания, документы на имущество, знала,кто чем владеет и на какие суммы. Идеальный источник информации для планирования ограблений.

Орлов кивнул:

— Но зачем тогда мимоза с запиской?

— Понимаешь, Левин и Элеонора сейчас оба в крайне невыгодном и опасном положении. На них свалилась куча улик, по которым можно судить за убийство или соучастие в убийстве. Тут вопрос в том, кто из них первым придет в милицию и расскажет обо всем с выгодной для себя. Предвидя такой исход, Элеонора и пытается договориться с Левиным, чтобы ни слова, ни намека.

Никитин посмотрел на часы:

— Поздно уже. Идем домой. Завтра будет трудный день.

Они разошлись в разные стороны.

Никитин долго еще не мог уснуть. Он лежал в постели, глядя в потолок, и обдумывал детали завтрашней операции. Левин после выписки из больницы обязательно попытается встретиться с Элеонорой. Это прекрасный шанс схватить обоих.

Никитин встал, подошел к окну. На улице было тихо, лишь изредка проезжали запоздалые трамваи. Снег продолжал падать, укрывая город белым покрывалом. И где эта весна? Что в городе, что в душе — лютый холод и безнадега.