Книга Красная Москва, страница 16 – Валерий Шарапов

Он медленно вышел на улицу и закурил. Нужно было извиниться перед Варварой, объяснить свой поступок. Но не сейчас — пусть она успокоится.

В своем кабинете он долго не мог заснуть. Мысли путались — то о деле, то о Варваре. Он вспоминал ее удивленные глаза, ее губы, ее смущение.

Может быть, пора перестать жить только прошлым? Может быть, стоит попробовать быть счастливым?

Но сначала нужно закончить дело. Найти банду убийц, арестовать их главаря. А потом… потом можно будет думать о личной жизни.

Он заснул под утро, и ему снилась не война, а Варвара. Она стояла в библиотеке среди книг и улыбалась ему. А он подходил к ней, не хромая, без трости, молодой и здоровый.

Как давно ему не снились хорошие сны.

Понедельник начался с просмотра архивных дел. Никитин сидел в подвале отделения, где хранились материалы нераскрытых преступлений за последние годы. Пыльные папки громоздились на полках, каждая из них — чья-то нераскрытая трагедия.

Он в который раз просматривал дела об убийствах, которые были связаны с его нынешним расследованием. Почерк преступлений оставался прежним, а такой профессионализм не возникает на пустом месте. Убийство совершалось обычно в квартире жертвы. Все деньги и драгоценности оставались нетронутыми. Свидетелей нет, зацепок нет. Дела переходили от одного следователя к другому и в итоге заняли свое место в пыльном архиве.

Схема повторяется, думал Никитин. Значит, состав банды принципиально не изменился.

Он принес папки в свой кабинет и начал составлять хронологию. Получалась любопытная картина: с марта 1947 по сентябрь 1949 года бандой было совершено четыре убийства. А этим мартом — сразу два. Резкое увеличение активности.

Что могло стать причиной такого всплеска? Может быть, банда получила новую информацию о богатых спекулянтах? Или изменился состав группы?

В дверь постучали. Вошел Орлов с довольным видом.

— Аркадий Петрович, нашел я этого Жигана, — доложил он. — Сидит в притоне, пьет уже третий день.

— Отлично. Взяли?

— Взяли. Сейчас в камере протрезвляется.

— Хорошо. А что насчет утечки информации?

— Провел небольшую проверку. Рассказал трем разным людям три разные версии о том, куда мы движемся в расследовании. Посмотрим, что из этого получится.

— Умно. Кому что говорил?

— Рюмину сказал, что мы проверяем версию о банде дезертиров. Гойдову — что подозреваем цыганскую группировку. А Зоренко из соседнего отдела — что следы ведут к воровскому сообществу.

— И чего ты этим хочешь добиться, великий комбинатор?

— Если кто-то из них связан с преступниками, они должны как-то отреагировать на эту информацию.

— Это так не делается, юноша. Но твои слова назад уже не вернешь.

В это время зазвонил телефон. Никитин снял трубку.

— Товарищ следователь, — услышал он взволнованный голос, — это Левин. Помните, я к вам приходил, рассказывал про выстрел?

— Помню, Семен Маркович. Что случилось?

— Они опять стреляли! Вчера вечером! Я решил съездить на дачу, проверить, как тампосле дождя. И снова — выстрел из леса! Я в это время колол дрова во дворе.

— Вы опять пострадали?

— Нет, в этот раз он промазал. Но пуля прошла совсем рядом. Я теперь боюсь туда ездить.

Никитин задумался. Две попытки запугивания — это уже система. Значит, банда действительно хочет заставить Левина прекратить продажу товара налево.