Книга Красная Москва, страница 17 – Валерий Шарапов

— Семен Маркович, приезжайте ко мне. Есть предложение.

— С величайшим удовольствием! Только заеду в поликлинику на перевязку, и оттуда сразу к вам!

Час спустя Левин сидел в кабинете Никитина, нервно теребя край свежего бинта на запястье.

— Семен Маркович, — сказал следователь, — у меня есть план. Но он требует от вас мужества.

— Какой план?

— Вы должны вернуться на дачу и вести себя как обычно. Готовить ужин, стоять у окна. А мы с товарищем Орловым организуем засаду в лесу.

Левин побледнел.

— Вы хотите сделать из меня приманку?

— Именно. Это наш шанс поймать преступников.

— А если они меня убьют?

— Мы не дадим. Будем рядом, в лесу. Как только они появятся, мы их возьмем.

Левин молчал, обдумывая предложение.

— А гарантии какие?

— Гарантий нет, — честно ответил Никитин. — Но это наш единственный шанс выйти на банду.

— И что мне за это будет?

— Забудем ваши делишки с продажей дефицитных продуктов. Плюс грамота от милиции.

Левин еще немного поколебался, но согласился.

— Ладно, попробуем. Но если что — я на вас в суд подам.

— Не подадите. Мы их поймаем.

Вечером того же дня небольшая группа выехала на дачу Левина. Кроме Никитина и Орлова с ними был еще сержант Кочкин — опытный оперативник, который должен был прикрывать коллег со стороны.

Дача располагалась в небольшом поселке под Сокольниками. Деревянный домик с огородом, окруженный забором. С одной стороны — соседские участки, с другой — густой лес.

Шел мокрый снег, переходящий в дождь. Сумерки наступили рано, и к семи вечера было уже совсем темно.

— Семен Маркович, — инструктировал Никитин, — действуйте как обычно. Готовьте ужин, стойте у окна. Но при первых признаках опасности — падайте на пол и не поднимайтесь.

— Понял, — кивнул Левин, хотя было видно, что он сильно нервничает.

— Свет в доме должен гореть ярко, чтобы вас было хорошо видно. И двигайтесь естественно — не оглядывайтесь, не прячьтесь.

Никитин и Орлов заняли позицию в лесу, метрах в тридцати от дома. Нашли густые кусты, из-за которых хорошо просматривалась кухня дачи. Кочкин устроился с другой стороны, контролируя возможные пути отхода банды.

Начали ждать.

Дождь моросил, промачивая одежду. Никитин лежал на мокрой земле. Раненая нога ныла от сырости, но он терпел. Орлов лежал рядом, поглядывая на часы.

В доме горел свет. Левин готовил ужин, время от времени подходя к окну. Выглядел он естественно — видно было, что старается следовать инструкциям.

— Сколько времени? — шепотом спросил Никитин.

— Половина девятого, — ответил Орлов.

— В прошлые разы стреляли между одиннадцатью и полуночью.

— Товарищ майор, я столько не выдержу ждать…

Время тянулось медленно. Дождь усиливался, превращаясь в настоящий ливень. Никитин чувствовал, как холод проникает через одежду, как начинает ломить кости. Но он не двигался, не меняя позицию.

В доме Левин зажег еще одну лампу. Теперь кухня освещалась ярко, и силуэт был хорошо виден из леса.

— Хорошая мишень, — прошептал Орлов.

— Слишком хорошая, — ответил Никитин. — Если они профессионалы, то заметят, что все подстроено.

Около десяти вечера в лесу послышались осторожные шаги. Никитин насторожился, сжимая пистолет. Орлов тоже замер.

Шаги приближались. Кто-то осторожно пробирался через заросли, стараясь не шуметь. Профессиональная походка — человек знал, как двигаться в темноте.