Книга Пока мы были не с вами, страница 113 – Лиза Уингейт

— Похоже, у тебя над воротами растет ядовитый плющ.

— Ты ошибаешься.

Я разворачиваюсь и со всех ног бегу домой: шлепанцы скользят и вязнут в песке, длинное платье с запахом облепляет лодыжки. Голубая рубашка мелькает рядом с живой изгородью из пальм возле бабушкиного дома, и я успеваю перейти на шаг и спокойно выйти на дощатый настил.

И все равно Трент смотрит на меня с недоумением.

— Ты как-то слишком модно одета... для того, чтобы копаться в кладовке моего деда. Я же говорил: там довольно пыльно. И жарко.

— А... ты про это? — я смотрю на подол платья-халата. — Больше у меня в чемодане ничего не было. Сегодня утром плавала на байдарке и загубила комплект одежды. Полная катастрофа.

— Ты не так уж катастрофично выглядишь! — Я безуспешно пытаюсьразобраться, сочувствует мне Трент или флиртует. И понимаю, почему его бизнес процветает: он — само обаяние. — Готова? — добавляет он.

— Да.

Я закрываю заднюю калитку, и мы спускаемся на пляж. Он извиняется за то, что припозднился.

— Сегодня у тетушки Луи был небольшой переполох. Каким-то образом — ни один из кузенов не признается, как это произошло — Иона засунул себе в нос шоколадный шарик из сухого завтрака. Мне пришлось срочно приехать и помочь его вытаскивать.

— Вы его достали? Иона в порядке?

Трент ухмыляется.

— Черный перец. Закупорка дыхательных путей была устранена с помощью сжатого воздуха в носовых проходах. Проще говоря, он чихнул. Когда тетя Луи сможет допросить кузенов о том, кто виноват в происшествии, пока неясно. Там их семеро. Все мальчики, й Иона самый маленький, на три года младше всех, так что жизненные уроки он постигает самым трудным путем.

— Бедный малыш. Я могу ему только посочувствовать. Быть ребенком нелегко. И хотя в нашей семье только девочки, мне порой тоже приходилось тяжко. Если тебе нужно eгo забрать...

— Ты что, шутишь? Да он бы устроил скандал, если бы я попытался. Он обожает там бывать. Две родные сестры моей матери и еще одна двоюродная живут на одной улице, и мать с отцом проводят тут немало времени, так что там постоянные развлечения и угощения и всегда есть с кем поиграть. Вот основная причина, по которой, после того как умерла мать Ионы, я переехал сюда и выкупил офис для агентства недвижимости. Мне приходится работать поменьше, но все равно лучше, что сын проводит время с родней. Я не хотел, чтобы он рос только со мной, в одиночестве.

Моя голова мигом наполняется вопросами, большинство из которых кажутся слишком личными.

— Где ты жил раньше? — я уже знаю ответ: постаралась разузнать о нем побольше, когда рассматривала вероятность шантажа.

— В Нью-Йорке,— из-за штанов цвета хаки, лодочных туфель и легкого техасского акцента представить Трента дельцом в наглухо застегнутом черном классическом костюме практически невозможно.— Коммерческая недвижимость.

Я чувствую неожиданное душевное родство с Трентом Тернером. Нам обоим пришлось привыкать к новому окружению, к новой жизни. Его изменениям я немного завидую.

— Большие перемены, да? Тебе здесь нравится?

В голосе звучит что-то похожеена легкое сожаление.

— Тут совсем другой ритм жизни. Спокойно... Это неплохо.

— Сочувствую твоей потере. Я о жене, — мне интересны подробности, но расспрашивать я не собираюсь.

Ему хочется скрасить свое одиночество, и это естественно: прошло всего несколько месяцев после трагедии. Но поддерживать такой стиль общения я не хочу. С момента нашей с Эллиотом помолвки я всегда ношу кольцо, правда, оно с изумрудом огранки «принцесса», поэтому люди иногда принимают его за обычное украшение.