Книга Тропой забытых душ, страница 140 – Лиза Уингейт

– Я умею только в угольной шахте молотом махать. – Дьюи пинает на ходу сухие листья; на ногах у него новая пара рабочих башмаков, наверное украденных с чьего‑то крыльца, и он старается измазать их в грязи, чтобы в городе обувь не узнали. – Фермерам дробильщик не нужен.

– Так научись какой‑нибудь фермерской работе. Если будешь вежлив с людьми, они не откажут.

– Люди в этих местах не такие доверчивые и добрые, как ты думаешь. Недели не прошло, как я познакомился с Амосом, и вот наткнулся на старуху чокто, рыдавшую над могилой маленькой внучки. Кто‑то отравил девочку ради ее участка земли, на котором нашли нефть. Полагаю, все как в тех историях про пиратов, которые ты рассказывала у костра: «Мертвые молчат».

Даже в жаркий майский день мне внезапно становится холодно.

– Зато ты не умолкаешь, Дьюи. И это факт.

– Видела в городе объявления о покупке земли? – фыркает он. – Да я мог бы зарабатывать по четверть доллара в день, развешивая их. Но мне это не по душе.

– Да тебе работать не по душе.

Я видела в Талиайне, как Дьюи подбрасывает монетки с какими‑то оборванцами. А сама работаю, рискую, что меня заметят, если по просьбе Теско кто‑то продолжает искать нас с Нессой, но нам нужны деньги и еда.

– А твое воровство навлечет на нас беду. Да и зачем тебе вообще эта книга?

Я знаю, что Дьюи не умеет читать.

– Я принес ее тебе. На ней нарисован пиратский корабль, как в тех историях мистера Киза Рэдли, которые ты пересказывала. Далекие моря, зарытые клады и все такое.

Я проглатываю ком в горле, потому что мне не хочется быть благодарной Дьюи Маллинсу, но на обложке действительно нарисован золотой корабль с распущенными парусами. «Остров Сокровищ» Роберта Льюиса Стивенсона.

– Уверена, это хорошая книга, но красть ее не стоило. Библиотечный фургон будет одалживать нам книги бесплатно. Я их об этом попросила.

– Только теперь это наша книга. Ты хотела устроить в лагере школу для маленьких, вот тебе и книга для нее.

– Школа лагеря «Лесной приют», – говорю я, и мне нравится, как это звучит.

Так называется наше убежище в землянке. Поскольку на выборах председателя я заняла второе место, то настояла, что должна стать уполномоченным, как мисс Кейт Барнард. Теперь я – уполномоченный по именам, школе и банку, потому что умею считать и писать. Дьюи знает только те буквы, которые есть в его имени, потому что я показала их ему, нацарапав на камне. Но ему лень писать имя полностью, он корябает: «Д-Ю-И».

Когда мы поднимемся в долину высоко на горе, то построим настоящую школу с писчей бумагой и карандашами, дощатыми полами и деревянными скамьями. Она же будет церковью по воскресеньям и домом совета для проведения заседаний. Я еще не говорила другим, но новое место планирую назвать Город хранителей леса в честь старого дуба, который папа очень любил. «Олли-Огги, а ты знаешь, что корни разбегаются от ствола даже дальше ветвей? – спросил он однажды, когда мы лежали под деревом и смотрели на листья и небо. – Дерево, человек или семейство сильно ровно настолько, насколько сильны его корни. – Он глубоко вздохнул, и я почувствовала, как его грудь под моей головой поднялась и опустилась. – Старые деревья – хранители леса, берегут его от ветра и непогоды, от избытка солнца и жары летом, от избытка снега зимой. Эти старики крепки, они вытягивают влагу из самой глубины земли во время засухи, удерживают почву, чтобы росли более мелкие растения, и все это обязано жизнью корням большого старого дерева. Заботятся о молодых, как в человеческой семье».