Онлайн книга «Последний выстрел»
|
Либби лениво махнула рукой. – Он пройдет с Ла Маркас. – Не пройдет. Это все равно что нацепить на себя неоновую вывеску с собственным именем. Либби пожала плечами. – Ты просто позаботься, Конрад, чтобы у тебя был план А и план Б. Потому что у Скиннера будет и то и другое, и еще кое-что. Помнишь, я говорила тебе насчет плана Б? – Твой план Б лучше, чем твой план А, – процитировала Макс, как ребенок, повторяющий бредовые внушения секты, – потому что если бы ты по-настоящему верила в план А… – …тебе бы не понадобился план Б, – с довольным видом закончила Либби. – Мне надо спросить тебя, прежде чем я уйду, – тихо сказала Макс, не сводя глаз с Либби. – Спросить, зачем я тебе нужна? Только честно. «Она слишком сильно хочет вернуться в прежнюю жизнь», – подумал Грей. Он знал, что не оберется от нее неприятностей, знал, что она из тех, кто стреляет первым и не задает вопросов. Знал и все равно подпустил ее к себе. Споткнулся на том же месте. – Здесь не спрашивают, зачем и почему. Ты разве не помнишь, что я тебе говорила? – Ну я больше не здесь. – Макс произнесла это так, словно пыталась убедить саму себя. – Свободна, да, Конрад? Не думаю. Макс снова заерзала на стуле. – Это из-за Роки? Ты сказала, что Скиннер дал ему наркотики той ночью… По лицу Либби пронеслась буря. Тяжелые тучи скрывали за собой раскаты грома. И когда она заговорила, голос у нее был уже другой: низкий и хриплый. – Все-таки слушала, да? Ты всегда была паинькой. Нет, это из-за меня. Хотя да, отчасти и из-за Роки. Глаза ее, однако, говорили о другом. Роки… В голове Грея всплыло смутное воспоминание, еще один фрагмент головоломки. Роки-Роуд Джонстон, сын Либби. Грей не смог вспомнить о нем ничего, кроме того, что он мертв. – Вы хотите смерти Скиннера, потому что он убил вашего сына? – спросил Грей. Макс удивленно посмотрела на него, но он не стал думать, что означает ее взгляд. Треклятый запах яблок и корицы не выветривался, и он с радостью пожертвовал бы обонянием, лишь бы избавиться от этих злых чар. На лице Либби все еще лежала тень бури, но ей хватило сил улыбнуться – сквозь тучи пробился бледный, водянистый солнечный свет. – Вроде того. – Это пустая трата времени. – Грей встал. В гулкой тишине комнаты скрип пластикового стула прозвучал пугающе громко. – Может, если послушаешь, – Либби щелкнула языком, – то так не скажешь. – Либби, если есть что-то, о чем ты нам не рассказываешь, что держишь в себе, потому что боишься… То, как Макс обхаживала эту женщину, вызывало у Грея неприязнь и раздражение. – Я и так рассказала вам больше, чем следовало. – Либби подняла голову, и губы с засохшими корками сомкнулись, словно ничего больше не хотели говорить. – Спасибо, что уделили нам время. – Никогда в жизни его «спасибо» не значило так мало. Либби позвала Александру. Когда надзирательница уже подошла к ней, а Макс направилась к двери и запах яблок и корицы ослабел настолько, что Грей снова смог нормально дышать, Либби повернулась к нему. – Не забывай, мистер. Ублюдок, убивший моего сына, завтра вечером получит по заслугам. Ты же помнишь, что это я тебе про него сказала. Ее слова только подтверждали, что время потрачено зря. А на самом деле – нет, решил он, следуя за Александрой и Макс по коридору. Нет, это была не пустая трата времени. Потому что если бы он не пришел сюда, то, возможно, поддался бы той слабой своей половине, которая цеплялась за запах шампуня как за последнюю каплю воды на необитаемом острове. Если бы он не приехал сюда, то не узнал бы правду, ту правду, которую знал всегда. Правду, которую отец вбивал в него каждый проклятый день. Почему так трудно было запомнить этот единственный урок? |