Книга Последний выстрел, страница 144 – Эмма Пиньятьелло

– Твоя семья не нацисты, Фрэнки. Твое наследство не может решить проблемы всей планеты.

– Ты даже не представляешь, – прошептала Фрэнки, – что я могу сделать.

ПАФ. Легкие Макс кристаллизовались, разлетелись по всему телу, пронзив другие органы и прервав дыхание.

Фрэнки выстрелила в пол.

– Одна девушка может изменить мир, – сказала она и повернулась вправо. – Сделаем это сейчас.

Обращалась она к Рафаэлю, который до сих пор ни разу не посмотрел в сторону Макс.

– Нет! – простонала Нелла, задыхаясь и пытаясь ударить Рафаэля ногами. На помощь Рафаэлю бросился Кинтон, но когда он попытался схватить ее за ноги, Джетт, связанный по рукам и ногам, бросился на ветеринара и врезался в Кинтона с такой силой, что тот отшатнулся, а Джетт рухнул на пол.

Кинтон наступил ему на шею, но Джетт все равно вырывался, бился и мычал.

Нелла.Вот, что означал тот единственный звук, который он пытался выдохнуть из себя, поняла Макс.

– Сделаешь хоть что-то, – сказала Фрэнки, наблюдая за тем, как взгляд Грея перебегает с Джетта на Неллу, Луку и даже Скиннера, лежащего рядом с подносом, который Рафаэль принес из зала, – я застрелю их прямо сейчас. А потом застрелю ее.

Макс почувствовала на себе взгляд Фрэнки.

Хорошая попытка. Только ему на меня наплевать.

– Не испытывай меня, Грейсон, – предупредила Фрэнки. – Ты знаешь, на что я способна. Ты видел, что я сделала с папой.

– Франческа… – Виттория не сопротивлялась, когда Кинтон повел ее к Рафаэлю и остальным. Ее рот растянулся, словно незаживающая рана.

Догадалась ли Виттория, кто оставил ту записку? Узнала ли почерк Фрэнки? Пыталась ли защитить свою дочь, одновременно отчаянно надеясь, что Макс помешает ее плану осуществиться?

– Пять, – сказала Макс, прежде чем всё успокоилось. Вариантов не оставалось. Она снова облажалась, но решила следовать первоначальному плану – заставить Фрэнки говорить.

– Что? – Фрэнки потерла нос, не переставая краем глаза следить за матерью, которая потихоньку приближалась к двери.

– Пять человек, Фрэнки. В твоей семье осталось пятеро. А ты сказала, что шесть.

Фрэнки закатила глаза, но на этот раз повернулась к матери.

– Серьезно? Только я одна знаю?

Макс посмотрела на побледневшую Витторию.

– Как ты…

Трясущейся рукой Виттория схватилась за грудь, словно пытаясь вырвать собственное сердце, и принялась шептать что-то по-итальянски – то ли молитву, то ли проклятие. На младшую дочь она уже не смотрела. Как и на Неллу. Как и на Томазо. Как и на Луку.

Именно в этот момент Макс поняла, что именно в портрете Эмилио Барбарани не дает ей покоя.

Его подбородок.

Подбородок фиксера семьи Барбарани.

Она перевела взгляд на Фрэнки.

– Грейсон – твой брат.

Грей

Грей слышал эти слова, но понятия не имел, что они означают.

Виттория исчезла в темном проходе, которого он никогда не видел на чертежах. Вслед за ней Кинтон вытащил Неллу, потом Луку, потом Тома и, наконец, Джетта.

Грей даже не пошевелился.

Может быть, Маттео не просто угрожал Макс. Может быть, Маттео зарезал Грея – выпотрошил его через костюм, как рыбу, и теперь он истекает кровью в коридоре Барбарани. Может быть, он и не сказал Макс ничего обидного. Может быть, Джио не застрелили. Может быть, Фрэнки держала голову Грея на коленях и плакала, а не смотрела на него с кривой улыбкой и пистолетом в руке.