Книга Агнес, страница 50 – Хавьер Пенья

Спустя несколько дней, при его попытке изложить это Азии, она ему просто скажет: «Не думаю, что суицид как-то связан со скукой».

Во время второго занятия он вновь видит тех же сигающих в море ныряльщиков. С того же угла, в тот же час. Соленая вода выталкивает на поверхность их дряблые тела.

На Азии серый жакет поверх серой рубашки. Она поменяла прическу. Теперь носит челку, что делает ее еще более невыразительной.

Он предлагает студентам игру: он прочтет им свой текст о самоубийстве, о том, что значит самоубийство для него. И просит их сделать то же самое.

Текст, который он прочел студентам, очень важен, поскольку это единственный доступный нам источник, в котором Луис Форет говорит о своем детстве.

Я знал того человека: он жил в том же прибрежном городке, в котором я появился на свет. Дурным человеком он не был: хорошо обращался с женой, был из тех, кто в Валентинов день является с коробкой шоколадных конфет и букетом цветов. Коробкой из супермаркета, не подумайте лишнего. Они с женой жили напротив нас. Скромные, незаметные соседи, ни собак, ни детей; она-то детей хотела, но один из них не мог, и я так никогда и не узнал, кто именно. Он работал в компании, которая занималась снабжением флота, особых финансовых проблем не испытывал, а если и испытывал, то не серьезнее обычных затруднений в конце месяца. Круг его друзей отличался стабильностью: пара моряков, преподаватель, чиновник мэрии и пожарный, водивший шашни с его супругой до того, как он женился, — обстоятельство, нередкое в небольших городках, с таким обычно приходится мириться. Никаких тебе из рядавон выходящих разговоров, никакого «люблю тебя, друг мой!», но зато и никаких раздоров и споров. Самая что ни на есть обыкновенная дружеская компания. И все же какой-то контакт у него в голове не выдержал и оборвался.

Однажды вечером, отужинав, он промокнул губы салфеткой, чмокнул в щечку жену и попросил ее не утруждать себя: дескать, он сам помоет посуду. Потом тщательно причесался: он начинал лысеть, но пока что ему удавалось это скрывать. Надел свой лучший пиджак, черные кожаные туфли и даже оросил себя парой капель одеколона, предварительно побрызгав им на пальцы. После чего сказал жене, что пойдет прогуляться с друзьями — вот тут она немало удивилась. Сегодня? Но сегодня вторник! Позже она будет говорить, что подумала, будто у мужа интрижка на стороне. Сосед мой спустился в гараж и наткнулся на меня. Я там играл с теннисным мячиком; он же сел в свой «Ауди-80» цвета серебристый металлик — это машина была главной причиной его финансовых затруднений в конце каждого месяца.

В вышеупомянутом городке имеется гора, ничего особенного, ниже трехсот метров, но она нависает над морем и устьем реки, так что виды с этой возвышенности открываются весьма живописные. Чтобы добраться досмотровой площадки на самой вершине, нужно проехать по извилистой дороге с хорошим асфальтовым покрытием, довольно спокойной, разве что встретишь вдруг семейство кабанов или парочку подростков, которые поднимаются в гору на машинах, чтобы пообжиматься, после чего летят на скорости вниз — водитель надеется произвести впечатление на спутницу с горящими от смущения щеками. Одна из таких машин — с запотевшими стеклами, вся в грязи — в тот вечер нашего героя едва не протаранила, но он, вовремя среагировав, успел увернуться. Слава богу, сказал он про себе. Еще чуть-чуть — и крышка! После чего он очень серьезно стаз смотреть прямо перед собой в ветровое стекло, а потом вдруг, под аккомпанемент стука кулаком по рулю, разразился хохотом. Говорю же — винтика у него в мозгу явно не хватало.