Онлайн книга «Убийство с наживкой, или Весы Фемиды»
|
– Джордж, я не знаю, о чем вы разговаривали с мистером Аллейном, – вмешалась леди Лакландер, – но уверена, что тебе лучше помолчать. – Я посылаю за адвокатом! Она оперлась на край стола и с трудом опустилась в кресло. Складки жира у нее под подбородком слегка задрожали. – Итак, Рори, что все это значит? И что вы хотите сказать? Чуть поколебавшись, Аллейн ответил: – Я хочу сказать, что сейчас мне нужно поговорить с вашим сыном наедине. – Нет! – Может, так действительно будет лучше, бабушка? – растерянно обратился к ней Марк. – Нет! – Наставив толстый палец на Аллейна, леди Лакландер требовательно спросила: – Что вы уже сказали и собирались сказать Джорджу? – Я сказал ему, что полковника Картаретта оглушили ударом клюшки для гольфа. А теперь еще сообщу вам всем, раз вы не намерены уходить, что смертельный удар был нанесен тростью-сиденьем, которое принадлежит вам, леди Лакландер. О вашу тряпку для вытирания кистей убийца вытер с рук чешуйки обеих форелей. Первый удар был нанесен из ялика. Преступник, чтобы его не было видно со стороны холма, сел в ялик и, перебирая веревку, как наверняка вы сами не раз делали, когда рисовали с воды, оказался на быстрине. Течением его вынесло в маленькую заводь и прибило к берегу, где находится ивовая роща. Убийца стоял в ялике и сбивал клюшкой для гольфа головки ромашек, росших вдоль берега. Убийца был так хорошо знаком полковнику, что тот не обратил на него внимания, может, сказал что-нибудь о своем улове и продолжил срезать траву для пойманной форели. Наверное, последним, что он увидел в жизни, было движение клюшки, которой его ударили в висок. Мы считаем, что убийца специально вернулся с тростью-сиденьем и, приставив острие опорного стержня к виску полковника, опустился на сиденье точно так же, как и вы, леди, сегодня утром на лужайке перед домом. Что вы сказали? Ничего? Чудовищная картина, верно? Мы считаем, что, поднимаясь и вытаскивая опорный стержень, убийца в буквальном смысле оступился. Споткнулся. Чтобы вытащить из виска трость, надо приложить немалое усилие. Преступник сделал шаг назад и наступил каблуком на пойманную форель. Рыба наверняка бы соскользнула, но зацепилась за острый камень, и каблук только придавил ее. Кусочек кожи оторвался, а на рыбе отпечатался след каблука. Ботинка для гольфа с шипами. – Это все сплошные домыслы! – изменившимся голосом произнес сэр Лакландер. – Нет, уверяю вас, что это никакие не домыслы, – возразил Аллейн и перевел взгляд на леди Лакландер: – Мне продолжать? Леди Лакландер, неловко трогая броши, украшавшие, как обычно, ее необъятную грудь, ответила: – Да. Продолжайте. Марк, не сводивший с отца глаз, пока Аллейн говорил, поддержал бабушку: – Конечно, продолжайте. Как же иначе? – Хорошо! Теперь убийца видит улику, по которой его можно опознать. На коже рыбы ясно отпечатался след каблука с шипами. Выбросить рыбу в реку или заросли ивы и скрыться – проблемы не решит. У полковника руки пахнут рыбой, а вокруг лежит срезанная трава. Убийца понимает, что кто-то мог видеть, как полковник вытаскивал форель. Конечно, все это не важно, если убийцу никто не станет подозревать. Но в насильственных преступлениях виновный часто паникует и излишне перестраховывается, что и приводит к его поимке. Думаю, что пока убийца стоял, лихорадочно соображая, как быть, он вдруг вспомнил о Старушке, которую видел на Нижнем мосту. А разве полковник постоянно и шумно не ссорился с Данберри-Финном – и в тот самый день тоже! – по поводу этой чудо-рыбы? Почему бы не заменить улов полковника плодом браконьерства мистера Финна, причем отвлекающим маневром будет служить не что-нибудь, а огромная и чудесная рыбина? Разве это не привлечет внимание к известному недругу, оставив врага тайного в тени? Тут снова пригодился ялик. Форель полковника была благополучно заменена Старушкой, и судьба в лице Томазины Твитчетт пришла убийце на помощь. |