Онлайн книга «Бессрочные тайны»
|
Почему-то Александр мгновенно вспомнил, что Элик был кладезем знаний о профессорских интригах на факультете, как аккуратно и неназойливо партия Агаханяна из его учеников и преподавателей выживала с кафедры электроники бывшего заведующего Степаненко, ушедшего организовывать новую кафедру микроэлектроники… И прочие слухи и интриги… Ведь они с Эликом застали эти кардинальные преобразования в институте: они поступали на факультет «Электронных Вычислительных Устройств и Средств Автоматики» (ЭВУСА), но были автоматически переведены на факультет «А», а вычислители и программисты прежнего факультета ЭВУСА составили основу нового факультета «В». И чуть ли не в первый год преобразований великолепный лектор и новы завкафедрой «электроники» Татевос Мамиконович читал им кардинально обновлённый курс «Усилители сигналов». К тому же старший брат Элика был для большинства студентов кафедры просто легендарной личностью: одним из первых блестящих учеников Агаханяна, дипломную работу которого, выполненную под руководством Татевоса Мамиконовича, ставили в пример всем на факультете. Эта работа старшего Шишмана вылилась в научную статью по теории и экспериментальному исследованию импульсного блок-генератора двух соавторов. Александр не поленился найти эту статью Агаханяна и Шишмана а престижном радиоэлектронном журнале, чтобы воздать похвальное должное соавторам с его одной из самых сильной в стране кафедры. Элек, видя смущённого его вопросами однокашника, решил перейти к советам «на будущее»: – Понимаешь, старик, в наше время воинствующих диссидентов, к тому же после шестидневной победной войны Израиля против армий объединённого арабского мира, вооружённых под завязку советским оружием, не стоит высовываться с темой жидомасонов. Это дело весьма щекотливое, надо проявлять щепетильность и разумную осторожность – вот какое моё мнение на этот счёт… Но, между нами, девочками сделаю тебе комплимент: выслушал твою часовую лекцию с огромным интересом… Но… В общем мой совет понятен: на каждый роток не накинешь платок, но иногда лучше промолчать в тряпочку, когда никому в стране не ясно, как идеологи коммунизма себя поведут, куда неповоротливая страна строителей коммунизма повернёт свои оглобли… «Помогай сначала себе, грешному, а не старайся спасать утопающий в идеологических потрясениях мир» – вот, чем надо руководствоваться в наше бурное опасное время… Александр, наконец-то отреагировал на набор дружеских советов: и что же, какие предложения? Он же не собирается публиковать тезисы своего доклада в институтской газете или факультетской стенгазете – опровержения сказанного некуда писать, да и опровергать нечего, то, о чём он докладывал является своего рода исторической истиной, пусть тёмной, не выставляемой на свет, но весьма актуальной. Как быть с актуальностью недосказанного, невысказанного? Элик, поморщившись, объяснил, что после шестидневной победной войны евреев о последних надо говорить панегирически, а не бросать опасные для его племени филиппики, смущая хилые неразвитые умы технарей. Мол, гуманитариям это вряд ли интересно, к тому же гуманитарии прикололись бы и порвали в клочья докладчика, вот идеологам строительства коммунизма этот доклад прочистил мозги… После последней фразы Александр мысленно отметил разумность приглашения на свой доклад зятя Суслова, Леонида Николаевича – вдруг зять просветит тестя по-своему? – в предположении, что хотя бы главный идеолог страны и партии не является масоном… А вдруг и главный идеолог Суслов тоже скрытый масон?.. |