Книга Призраки затонувшего города, страница 50 – Елена Асатурова

– Логично излагаешь, Савельев. Думаю, с этим справятся тамошние опера. Переходи ко второй версии.

– Согласен, старший оперуполномоченный Михаил Сидорчук вполне компетентен, хорошо знает жителей деревни, опять же, на местности ориентируется. Будет работать в этом направлении. В пользу версии о личных мотивах говорят следующие факты. Во-первых, надо быть очень рискованнымили очень глупым, чтобы лезть в дом, где, как вы верно заметили, целая толпа людей – хозяева, гости. А вдруг кто-то проснется? Или грабитель был уверен, что все крепко спят? Кстати, так оно и было. Во-вторых, портрет имеет особое значение именно для Круглова как семейная реликвия. Судя по его реакции, он очень им дорожит. Что, если кто-то хочет, например, отомстить ему? Тогда надо разрабатывать самих потерпевших, их близкий круг.

– А может это быть связано с работой Круглова? – подал голос Курочкин. – Недовольные пациенты, завистливые коллеги?

– Молодец, Вячеслав, – одобрительно закивал полковник. – Шире надо брать! Вот ты этим и займись. Включи все свое обаяние.

– Слушаюсь, товарищ полковник. Сегодня же поеду в клинику, наведу справки, познакомлюсь с персоналом.

– Смотри, найдешь себе медсестричку симпатичную, – пошутил Савельев. И уже серьезно продолжил, доставая из папки пару листков: – Насчет случаев утопления в Леськово. Утром пришли заключения – от нашего судмедэксперта, выезжавшего на осмотр тела Полежаева, и от врача «Скорой», который присутствовал в обоих случаях, и с рыбаком, и с девушкой-дайвером. Есть некоторая странность, точнее совпадение. Оба были профессиональными пловцами, даже почувствовав себя плохо, ощутив обычные судороги, они бы принимали меры, чтобы всплыть. И эксперт, и врач отмечают и у Ивана, и у Дарьи признаки, характерные для сердечного паралича – нарастающее угнетение дыхания, сильные судороги, сухость слизистых оболочек, ну и так далее, куча медицинских терминов. Но никаких следов медицинских препаратов, провоцирующих подобное, в их организме не обнаружено. У Даши, хоть она и была на ужине у Кругловых, даже алкоголя практически нет в крови. Если это отравление, то очень необычное. Надо здесь покопаться.

– Ага, и накопать себе два висяка, которые пока считаются несчастными случаями, – пробормотал Чудаков. – Но если у нас есть подозрения, что смерть не случайна, мы обязаны все проверить. Правильно рассуждаешь, Игорь.

– Как вы нас учили, Виктор Ильич. Ваша школа. Слава, возьмешь это на себя? Поищи в архиве, не было ли похожих случаев? С экспертами посоветуйся. А я хочу вернуться в деревню, поближе пообщаться с Кругловыми и этой командой из отеля.

Курочкин понимающе улыбнулся, попрощался и вышел из кабинета. Собравшегося было за ним Савельеваполковник остановил:

– Игорь, а что же ты умолчал об одной фигурантке? Тут до меня слухи дошли, что там твоя давняя знакомая замешана, Демина. А она ведь художница, знает толк в живописи. Ты не потому ли так спешишь в Леськово?

– Если скажу, что запамятовал, вы ведь не поверите? Не может Кира быть замешана в краже, в этом я уверен. А вот использовать ее тесное знакомство с потерпевшими и самим предметом, то есть с портретом, можно и нужно. Она наблюдательна, подмечает мелкие детали. И полноценно сотрудничает со следствием. Нам тоже неплохо иметь свои глаза и уши на месте.