Онлайн книга «Проклятие покинутых душ»
|
– Ольга Николаевна, вы обращались в полицию? К волонтерам? Мальчика надо искать – в городе, в соседних населенных пунктах, на вокзале. Подключать прессу, общественность. Может, он заблудился, а на улице зима, мороз. Давайте сообщим в мэрию, пусть Ярослав Ильич поможет. – Давайте, Кира Юрьевна, каждый будет делать свое дело. Вы – готовить заключение по росписям, я – выполнять свою работу. Думаете, это у нас первый случай? Да из всех детских домов, интернатов ребятня сбегает. Кто-то возвращается, кого-то полиция вылавливает, кого-то у дальней троюродной бабки находят. Уверена, с Филиппом все хорошо. Нагуляется пацан и назад прибежит. А нам сейчас скандалы меньше всего нужны, вы же в курсе ситуации. Так что, если что-то вспомните, скажите. А сейчас мне надо на кухню, проверить закупки продуктов. Заведующая чуть не вытолкала меня из кабинета. – Но в полицию вы все-таки сообщите, – крикнула я ей вдогонку.. Филя не вернулся ни к обеду, ни к ужину. От Тамары я узнала, что дежурная нянечка действительно уснула и ничего не слышала. То ли давление у нее подскочило, то ли голова разболелась. Выпила какую-то таблетку и прилегла. Думала, что на минуточку, а проспала до утра. Смену сдала и даже отсутствия мальчика в кровати не заметила. Дети сегодня все сидели по группам под надзором воспитательниц. Уже ближе к вечеру ко мне заглянул полицейский, крупный, похожий на медведя капитан лет сорока пяти. О том, как идут поиски мальчика, он говорить не захотел, быстро записал мои объяснения о вчерашнем вечере и так же быстро ушел. – Такое впечатление, что не ребенок пропал, а бездомный щенок, – возмущалась я по дороге к дому. – Мне кажется, что его толком никто и не ищет. Был мальчик, нет мальчика – всем все равно. – Лиза тоже ничего про Филиппа не знает, – вздохнула Нина. – Думаю, она не врет. Видно, что очень переживает за приятеля. И мне кажется, что Тимур, например, более склонен к таким эскападам, как побег, чем Филя. Я бы поняла, если бы они убежали вдвоем. Все очень странно… – Надо попробовать поговорить с Тимуркой, но без воспиталок. Уверена, он если не знает, то догадывается, куда подевался его друг. И знаешь, позвоню-ка я завтра Ярославу Ильичу, пусть заставит полицию шевелиться. Поужинали мы без аппетита, рано легли спать и долго ворочались в своих кроватях. Начавшийся со смеха день завершился на нерадостной ноте… * * * Нютке не везло с детства. Росла она у бабки, строгой и скупой на любовь. Ни ласки материнской, ни отцовской заботы не знала. Мамаша-кукушка родила ее сразу после школы, то ли от кого-то из одноклассников, то ли от заезжего гопника. И почти сразу укатила в неизвестном направлении в поисках лучшей жизни. Когда Нюта выросла, то перестала мать осуждать и винить в своих бедах. Какая может быть жизнь в их убогом поселке, где все работают от похмелья до похмелья на небольшом лакокрасочном заводике, а на праздники дерутся до крови, часто – до смертоубийства. Быстро стареют, много болеют и рано умирают – кто от паленой водки, кто от вредных испарений на производстве. Да и бабушка ее – какая она старуха? Когда Нюта появилась на свет, бабушке было немногим за сорок, но давали ей лет на двадцать больше. Из-за осложнений с легкими она выхлопотала пенсию по инвалидности, что вместе с детским пособием помогало им сводить концы с концами. Ну и огородик выручал, конечно. И сами кормились, и на местном рынке приторговывали зеленью, молодой картошкой и квашеной капустой. Знала Нюта, что бабка гонит самогон, самый дешевый, из конфеток-карамелек. Пожалуй, кроме этих карамелек, она и сладостей других не пробовала. |