Книга Искатель, 2005 №8, страница 19 – Елена Глинкова, Кирилл Берендеев, Филип Хосе Фармер

Разбудили ее глухие сильные удары в балконную дверь. Маруся со сна испуганно подскочила, несколько мгновений оторопело таращилась, потом слезла с постели, крадучись подошла к окну и, отодвинув край тяжелой портьеры, с опаской выглянула наружу.

За стеклом маячил братец. Вот он недовольно покрутил белобрысой головой — ну не дождешься! — и снова заколотил тростью в окно, правда, хорошо, что не металлическим ее набалдашником, а нижней частью, той, на которой наклеен черный наконечник против скольжения.

Облегченно вздохнув, Маша поторопилась открыть дверь — пока стекло цело.

— Сколько же можно дрыхнуть, я не понимаю! — возмущенно воскликнул Арсений. — Уже девять, а легли вчера в одиннадцать!

— Боже, мне так сладко спалось, и снилось что-то хорошее, — простонала Маруся. — Неужели я кому-то мешала тем, что сплю? Ты же сам обещал даже общей гостиной не пользоваться!

— Я и не пользуюсь, — с достоинством возразилбрат. — Но у нас, как выяснилось, общий с тобой балкон! Сортир — тот раздельный, а вот балкон — совместный… В гостиную — ни-ни, на балкон тоже нельзя! Я не могу все время сидеть в своей клетушке, словно загнанный в угол дромадер! Я хочу нормально позавтракать и идти на пляж. Чтобы уже в полдень приступить к изучению тайского языка и некоторым другим запланированным делам.

— Хорошо, — покорно вздохнула Маша. — Только, при чем здесь верблюды?

Чистя зубы в ванной, она размышляла о том, что все-таки, в самом деле, очень даже удачно, что ванная комната у нее отдельная и всякие дромадеры здесь не шныряют.

Судя по последнему высказыванию, Арсений, этот пытливый подросток, с утра пораньше все уже разузнал о пятом континенте — наверное, где-нибудь в Интернете… ну не на базаре же?

Завтрак накрыт был во внутреннем дворике, столы под белыми скатертями полукругом стояли у фонтана. Солнце еще не поднялось настолько высоко, чтобы заглянуть в двухэтажный колодец двора, и после относительно прохладной ночи здесь было очень приятно. Вообще, двор действительно казался будто бы перенесенным откуда-то из Португалии или, может, Испании: в плане квадратный, с четырех сторон окруженный собственно стенами дома, сложенными из грубо отесанного известняка, со смотрящими во дворик увитыми розовой бугенвиллеей балкончиками, будто и не в Таиланде вовсе. Разве что большие низкие глазурованные глиняные чаши с цветущими лотосами, расставленные вдоль стен, говорили о том, что это, возможно, никакая и не Португалия.

Судя по всему, постояльцы здесь вставали поздно, никого еще не было.

— Я тоже могла бы еще спать, спать, и спать, — зевнув, пробормотала Маруся и уселась за стол. Сонно оперлась щекой о руку.

Но долго ждать не пришлось. Минуту спустя во дворе появился хозяин гостиницы Палмер. Как и вчера, Ланс был весь в белом, в парусиновых туфлях, безупречно аккуратный, правда, одежда несколько болталась на его тощей фигуре, а впалые щеки перечеркнули жесткие морщины: казалось, он до костей иссушен местным солнцем. Поредевшие седые волосы на розовом черепе аккуратно приглажены расческой, даже видны тонкие проборчики от ее зубцов, австралиец свежевыбрит и припудрен тальком. Для завершения картины не хватает лишь белой панамы или, быть может, колонизаторского пробкового шлема,впрочем, возможно он оденет его после завтрака.