Онлайн книга «Искатель, 2005 №3»
|
— Да, только кровь. 5 На следующий день Нонна позвонила ранним утречком и очень удивилась, что Геннадий отказался идти на пляж. А он не мог, готовился к ее приходу: протер стеллажи с книгами, вымыл накопленную посуду, смахнул пыль со своего письменного стола… Около трех начал продумывать ритуал приема гостьи: на газетке, по-студенчески, не хотелось. Бабушка была кофеманкой, поэтому Геннадий в этом напитке знал толк. Смешав зерна арабики и робусты, он обжарил их и смолол. И квартиру заполонил крепко-дразнящий запах — настой Востока; Геннадию даже почудились раскаленные пески барханов. Это еще не сварил… После пляжа и купанья Нонна наверняка захочет есть. Он не знал, что идет к кофе. Не супом же угощать? Коробочка с шестью пирожными стояла в холодильнике — все разные, на выбор. Геннадий открыл баночку крабов еще из бабушкиных запасов и нарезал сыр… Десять минут пятого в дверь позвонили. Щелкнув замком, он попятился, потому что в переднюю шагнуло виденье. Никакой широкоплечей экстремалки… Туника, брошенная на девичью фигуру, не достигала колен и едва прикрывала нежно-могучие бедра; не достигала, потому что вздымалась полуоткрытой нежно-могучей грудью. Ее челка дрожала от крепкой улыбки. — Ух, какая хоромина, — удивилась она квартире. — Бабушкина, вернее, дедушкина. — А кто был дедушка? — Искусствовед мирового класса. — Что он делал? — Определял подлинность картин. Нонна ходила по квартире, разглядывая на стенах акварели. Достав из серванта чашки старинного фарфора, Геннадий пошел на кухню варить кофе. Он спешил, спотыкаясь и обжигая пальцы… За стол Нонна села грациозно, как птица на ветку: — Гена, значит ты по происхождению буржуй? — Искусствовед… разве буржуй? — А кто же? — Интеллигент. Он смотрел на нее со скрытым вопросом: неужели перед ним та бесшабашная девица, которая ради ощущений увертывалась от колес? Она не походила и на ту спортсменку, с которой познакомился в кафе. Женщина-хамелеон? Геннадий разгадал, точнее, рассмотрел, в чем ее сегодняшняя необычность… На тунике рисунок в стиле акварельной живописи японских мастеров, плюс отточенно-узкие глаза — экстремалка страны Восходящего солнца. — Нонна, а кто твои родители? — Не олигархи и не из среднего класса. — Я спросил только потому,что ты завела разговор о моем дедушке. Вообще-то, предки не имеют значения. Мы с тобой молоды и можем добиться, чего хотим. — Да? Ты где родился? — Здесь, в городе. — А я в деревне Нижние Мошонки. — Нижние… мышонки? — не понял он. — Нет, не мышонки, а мошонки. Способен ли человек из деревни с таким названием заиметь свой банк или хотя бы торговый ларек? Геннадий хотел ответить, но ухо поймало слабый лязг входной двери. Видимо, показалось. Второй звук, уже внутриквартирный, его поднял. Геннадий вышел в коридор… Мгновенная резкая боль от головы до ног… Обо что-то ударился лбом… Стены падают… Он ползет или его волочет какая-то неведомая сила… Сознания он не терял — лишь стены зашатались. И по ним тоже ползали акварели… Человек… Над Геннадием склонился узкотелый мужчина с узенькой бородкой. Он не то улыбался, не то оскалился. — Кто вы? — почти беззвучно спросил Геннадий. — А тебе не все равно? — Что вам надо? — Этот вопрос по существу. Геннадий не испугался — для испуга нужно время. Ему казалось, что он не дома; он слишком глубоко нырнул, кончается воздух и тело слабеет. Надо сделать рывок и вдохнуть в полную силу легких. Он рванулся. |