Онлайн книга «Искатель, 2005 №3»
|
— Взрыв? — Нет. — Пожар? — Нет. — Дом обвалился? — Нет. — Утопленник, массовое отравление, транспортная катастрофа? — Сергей Георгиевич, не угадаете. Интригуя, прокурор был не прав; следователь должен знать, на какое преступление едет. Подготовиться морально и технически. Но подготовиться я не успел, потому что за мной приехал Леденцов. Мы не любим обсуждать предстоящую работу. Тем более что у майора была свежая информация из ресторана «Мираж». Всю дорогу мы пробовали угадать, кого поминала эта парочка, так называемая гейша с напарником. Я не мог взять в толк, чего майор не задерживает их и не доставляет ко мне: хищение двух картин доказать просто — лишь провести опознание. Ждет моей команды? Машина свернула во дворы. Нас встречали участковый и несколько любопытствующих. Я по привычке направился к парадному, в квартиру, но участковый показал в сторону помойки. У мусорных бачков стояли два дворника, две дворничихи. Прибыла еще одна машина с судмедэкспертом. Значит, все-таки труп. Мы подошли,но трупа видно не было. Не в бачке же. Разговор с прокурором… Вот что он имел в виду: труп в бачке. Мною забыты убийства новорожденных, которые случаются все чаще. Я приблизился к бачку вплотную и спросил дворников: — Где? Они дружно показали на бачок. Даже не потрудились его открыть, видимо, боялись. Я взялся за крышку, но одна из дворничих мою руку перехватила и отвела ее в сторону, к краю. Там что-то лежало, какая-то пустяковина. Мешочек из полиэтилена. Я хотел взять, но вовремя спохватился, надел резиновые перчатки и тронул, словно горячий утюг. Не завязан. Полиэтилен мутный, сквозь него видны лишь очертания. Очертания чего? Не бомба. Что-то мелкое, корявое. Я решился, ухватил за край и вытряс мешочек на крышку бачка… Дворники ахнули и отшатнулись. Я смотрел непонимающе, вернее, понял, но не верил собственным глазам, поэтому спросил: — Что это? — Палец, — ответил судмедэксперт. — Человеческий? — глупо уточнил я. — Бесспорно. В кабинете думать проще — стены помогают; на тебя не смотрят любопытствующие глаза и не ждут веских умозаключений; и, главное, есть время. Я должен составить протокол. При осмотре трупа описываешь позу, одежду, повреждения… Что описывать тут? Скрюченность, желтую какую-то чешуйчатую кожу, ноготь, залитый спекшейся кровью… — Откуда он здесь? — Кто-то выбросил, — ответил участковый. — Скорее всего, из этих жилых домов, — предположил Леденцов. Больниц и поликлиник рядом не было. Кто-то выбросил… Человек отрубил себе палец и выбросил? Или человеку отрубили палец и выбросили в бачок? — Заявлений о членовредительстве или драках не поступало? — спросил я участкового. — Никак нет. За палец взялся судмедэксперт. Не сейчас, позже, он скажет о нем много: пол, возраст, группу крови, способ его отъема… Про ДНК скажет и, возможно, сумеет определить профессию… Пока же он сообщил: — Отрублен грубым орудием, непрофессионально. Значит, не врачом и не мясником. Тут же на бачке я начал составлять протокол. Мне нужно было привязаться к адресу. Я спросил участкового: — Двор какой улицы? — Симферопольской. Минут пять я заполнял графы протокола, но рука работала все медленнее, мешала какая-то мысль, которая словно заползла в мое сознание. Я оглядел двор, который на тридома. Угловой выходил на Симферопольскую улицу и на другую… |