Книга Ловушка для дьявола, страница 129 – Ричард Томас Осман

— Плохо спал, приятель? — спрашивает Митч.

— Да, — говорит Гарт, поднимая руки над головой и потягиваясь. — Спасибо вам обоим, что приехали.

— Ты прислал сообщение с моим адресом и словами, что взорвешь всю мою семью, если я не приеду, — напоминает Митч, стряхивая с пиджака крошки от сосиски в тесте.

— И кинул кирпич мне в окно, — добавляет Лука.

— И вот вы здесь, — кивает Гарт. — Это самое главное.

Высоко над улицами Файрхэвена дует пронизывающе холодный ветер. Чего Гарт хочет от них? Знает ли он то же, что знают они?

— Мне жаль твою жену, — говорит Лука.

При чем тут жена Гарта? Тот тоже выглядит озадаченным.

— Что?

Лука повторяет:

— Мне жаль твою жену.

— А что случилось с его женой? — не понимает Митч.

— Кто-то ее убил, — отвечает Гарт вместо Луки.

— Господи! — вырывается у Митча.

Сколько людей еще должны умереть? Митч надеется, что нисколько. Ну или, по крайней мере, не он.

— Извини, приятель.

— Это ты ее убил? — быстро спрашивает Гарт.

— Нет, — качает головой Митч.

— Тогда зачем ты извиняешься? Я недавно узнал, что героин находится в деревне престарелых. Вы тоже такое слыхали?

— Ага, — говорит Лука.

Митч кивает. Он услышал эту новость вчера от одного из людей Конни Джонсон.

— Так как же нам забрать его, никого не убив? — спрашивает Гарт.

— Может, попросить вежливо? — говорит Лука.

— Или предложить сделку, — добавляет Митч.

Как было бы здорово прийти на встречу с Ханифом с пропавшим героином в руке! В смысле в сумке, конечно, но все равно здорово. Если за это придется расплатиться с четырьмя пенсионерами, то пусть так. Уж лучше остаться без гроша в кармане, чем умереть. Отдать Ханифу наркотики, пожать руку, извиниться и выйти из игры навсегда. Прямо в строительный бизнес. Или в производство игристого вина.

— Я не заключаю сделок, — отрезает Лука.

— Ну и как, помогает? — спрашивает Гарт. — Вот что предлагаю я: вы готовите двести тысяч на двоих. Мы едем в Куперсчейз с оружием и чемоданом денег. Они отдают нам героин, вы отдаете им сто тысяч, и мы уезжаем.

— А остальные сто тысяч куда? — интересуется Лука.

— Отдадите мне, — пожимает плечами Гарт. — За мою помощь и душевную боль.

— Вот что я скажу тебе, — говорит Лука. — Почему бы нам с Митчем не поехать туда вдвоем? Помашем оружием и свалим с героином. Ничего им, ничего тебе. Как тебе такой расклад, а?

— Я бы очень этого не советовал.

Лука смеется:

— Гарт, мы наркоторговцы. А ты простой любитель антиквариата с поехавшей крышей. Так что езжай домой, похорони жену и продавай дальше свои механические часы.

Митча терзают смутные сомнения. Гарт может быть кем угодно, но он точно не простой торговец антиквариатом. И с теми старичками из деревни Митчу уже доводилось иметь дело. Они не показались ему пугливыми или глупыми.

— Гарт, — говорит он. — Мы даем тебе пятьдесят тысяч, мы даем им пятьдесят тысяч. И никакого оружия.

Лука качает головой:

— Да ладно тебе, Митч. Давай просто убьем его и поедем.

— Никаких больше убийств, — возражает Митч. — Пожалуйста.

С улицы далеко внизу доносится вой сирены. Мужчины замирают на месте, как сурикаты, пока звук не исчезает вдали, затем возобновляют разговор.

— Это последнее, я обещаю, — говорит Лука, после чего достает пистолет, засунутый сзади за пояс брюк, и направляет его на Гарта.

Когда-то был игрок в регби Джона Лому, новозеландский маори, из-за роста и скорости которого пришлось переписывать правила игры. Никто раньше не видел подобного — когда такая громадина, эдакий огромный танк был способен двигаться столь быстро и с невероятной грацией. Именно воспоминания о Джоне Лому проносятся в голове Митча, когда Гарт подбегает к Луке, хватает его за талию и перебрасывает через парапет паркинга. Наступает долгая, ошеломляющая тишина, за которой следует громкий отдаленный хруст и вой автомобильной сигнализации. Митч пристально смотрит на Гарта. Тот спокойно расчесывает волосы.