Книга Лживые легенды, страница 14 – Оксана Одрина

Но ни о какой справедливости он высказаться так и не успел, потому что Яна оказалось на редкость ловкой. И всего пару секунд спустя выбралась из пут Егора, вцепилась ему в плечи и так резко крутанула, что он и понять ничего не успел, как сам оказался уткнутым носом в ту самую дверь, к которой теснил Яну. Сперва он рассмеялся, а потом стало не до смеха — она так неудобно вывернула ему руку, что он охнул и сдавленно пропыхтел:

— Полегче, Яна. У меня кисть правая была не так давно сломана. Второй раз не хочу. Мне и в первый не понравилось с гипсом мучиться.

— На жалость давишь, да? — нисколько не проникнувшись возможным увечьем пленника, принялась отчитывать его Яна. — Вот это как раз и есть — нечестно, Егор.

— Это ты на меня давишь, Яна, и ещё как, — совсем безжизненно простонал он и, шумно выдохнув, чуть повёл плечами, проверяя силу хватки соперницы.

— Не отпущу, — упёрлась она, крепче сжав его запястья. — Будешь знать, как незаслуженно обижать и меня, и мои хозяйские старания.

— Так я и не обижал, — уверил он, уперевшись лбом в дверь и даже не пытаясь вырываться. — Пока. И вообще, я ж добрый, честное слово. Вот сама скоро увидишь.

— Да отпусти ты его, Яна, — насмешливо ввернул Макар, как раз пробегая мимо с тарелкой бутербродов с красной рыбой, в один из которых жадно впился зубами. И уже с полным ртом промямлил: — Егор у нас хороший. Да, немного с придурью. Но там не так и много — допустимые отклонения от нормы. Я его давно знаю.

— Ну спасибо, Макар, — бросил в друга упрёком Егор. — Отличная рекомендация. Умеешь же ты вовремя поддержать.

— Ещё как увижу, не сомневайся, Егор. И отклонения тоже. А с рукой-то что? — всё же смягчилась Яна и, отпустив его, чуть отстранилась. — Когда покалечился?

Уткнувшись плечом в косяк, Егор принялся растирать затёкшую ладонь и, скосив на Яну, стоящую вплотную к нему, хитрющие глаза, внезапно выдал:

— В девятом классе. На физкультуре упал неудачно.

— В девятом? В пятнадцать что ли? — рассмеялась она. И вдруг ни с того ни с сего, пригладив его растрепавшиеся на ветру русые волосы, поинтересовалась: — А сейчас тебе сколько, мальчик, если не секрет? С виду ты прилично так повзрослел и возмужал.

— Двадцать пять, а что? — многозначительно изогнув левую бровь, натянуто улыбнулся Егор.

— Так и знала, что симулируешь, — вмиг набросилась на него с неодобрениями Яна. — Через десять лет после травмы, и всё ещё болит. Вот и верь после этого людям.

Прижавшись спиной к двери и больше не тормоша занывшую руку, Егор слегка склонил голову набок и, продолжая криво улыбаться, подловил собеседницу на слове:

— А я и не сказал, что болит. Попросил, быть осторожнее. Нежнее, так сказать.

— Нежнее? — поразилась Яна. — Ты это серьёзно? Уж не чрезмерно ли многого ты хочешь для первого дня знакомства, Егор Кашевский? Может, тогда сразу в Загс? И фамилию удачно сменю, а то Неярова мне уже оскомину набила.

— Нет, — вмиг сдал назад он. — К такому повороту событий я морально не готов.

— А что так? — едко хмыкнула Яна. — Я для тебя недостаточно хороша? Не подхожу тебе?

— Это я тебе не подхожу, Яна, — мгновенно став чересчур серьёзным, ответил Егор. — Я же всё прекрасно вижу в твоём насмехающемся взгляде: не заслужил, не завоевал, не добился. Не играй со мной, ладно? Не стоит. Как по мне, то в отношениях всё должно быть по-настоящему: обоюдно, всерьез и непременно надолго. Или никак.