Онлайн книга «Лживые легенды»
|
Когда дверь за ней закрылась, Егор решил, что лучше её не трогать и не лезть с расспросами — захочет, сама откроется, нет — значит, нет. А так как в чужие дела нос совать он не любил, просто вернулся в разговор с другом-растяпой. — Если бы так, Макар, — тяжело вздохнул Егор, уперевшись спиной в фанерную перегородку и скрестив руки на груди. — Возможно, я бы даже смог тебе однажды помочь со сглазом. Только тут другое — тут весьма безнадёжное ребячество. — Серьёзно? — возмутился Макар. — Если б ты себя в обнимку с Яной со стороны сегодня увидел, то, уверен, не стал бы умничать. Кто из нас двоих ещё больше безнадёжен, Кашевский? Уж точно не я, поверь. Одно дело мобилу не удержать в руках и совсем другое — симпатичную девчонку. Обидно, наверное, когда приходит горькое понимание, что не ты её сказочный принц. Уверен, даже больше, чем мне за увечья смартфона. — Мы знакомы всего несколько часов — это была шутка, — поспешил уточнить Егор. — Ну конечно, — рассмеялся Макар. — Сказки свои романтические будешь Яне рассказывать. Момент ещё предоставится, не сомневаюсь. Макару не надо. Макар тебя давно знает. Врать не твой конёк, Кашевский, даже не старайся переубедить меня. И особенно себя. *** Приготовления к незапланированному новоселью заняли не так много времени, как подумалось Егору в первую минуту. Посиделки сразу решили провести на улице — лето, как-никак. За сараем нашёлся старенький стол и ещё одна лавочка. Для не желающих коротать вечер плечом к плечу с соседом вынесли табуретки. На расстеленной скатерти быстро организовали тарелки с бутербродами, аппетитной нарезкой из колбасы, грудинки и сыра, фруктов и овощей. Графин с душистым вишнёвым компотом из погреба оказался в центре. Следом заняли места четыре тарелки и высокие стаканы, простенькие вилки, ножи и салфетки. Пока Яна, неизвестно откуда доставшая раритетную на первый взгляд гирлянду, принялась развешивать её по стене сарая, Макар выкинул очередной номер. С невинным видом увиваясь с того края стола, где сам же и поставил селёдочницу с кусочками солёной рыбы, приправленную подсолнечным маслом и кольцами лука, он бесстыдно поворовывал икру. Через полчаса в растрате блюд ещё не наступившего вечера был обвинён и сам Егор — пока нёс на улицу кастрюлю с варенной круглой картошкой, посыпанной ароматным укропом, он закинул одну себе в рот. — Ах вы, воришки! — упрекнула парней Яна, но почему-то именно Егору отвесила за хищение шуточный подзатыльник. За что была им мгновенно скручена и придавлена спиной к дощатой двери сарая. — Почему это мне одному в этом доме оплеухи прилетают? — наигранно серьёзно возмутился Егор, не выпуская её запястий, хотя она и попыталась дважды высвободиться. — Макар вон ещё и филе копчёной скумбрии стащил, и ничего: ходит себе и ухмыляется. — Так он сам её и нарезал, — с усмешкой парировала Яна, внезапно подозрительно притихнув и больше не брыкаясь. — А ты в приготовлении ужина считай вообще не участвовал. Только мешался под ногами. И под руками. — Вот как? — не уступал Егор, неотрывно глядя ей в глаза. — А то, что я единственный практически идеально нарезал хлеб, который — на минуточку — основательно крошился и не желал никому из вас поддаваться, не посчиталось участием в приготовлении ужина? Нечестно так, Яна, поступать. По справедливости… |