Книга Лживые легенды, страница 120 – Оксана Одрина

— Повезло, — хмыкнула Яна, идя рядом с ним по тропинке и ни на секунду не выпуская его руку.

На проторенной дорожке вдвоём они не уместились, но и следовать друг за другом тоже не решились. Пусть уж лучше ноги промокнут, шоркая по сырой от дождя траве, чем снова не вместе.

— Да, возможно, но у мамы это второй брак, — решил уточнить Егор, проходя мимо диких груш в парке. — Из первого она вышла с кучей обид и долгов. Однако не отчаялась и не поставила на себе крест разведёнки. Наоборот, рискнула выйти замуж за мужчину намного моложе себя, родить меня в тридцать пять, начать семейный бизнес тогда же с нуля. И научилась доверять.

— И я тебя, между прочим, тоже старше, — сдержанно улыбнувшись, призналась Яна. — На целых два года.

— О, да, — рассмеялся Егор. — Не знаю даже, как смирюсь с этим и не начну комплексовать.

— И доверять я тоже научилась, — продолжила Яна, когда они добрались до поленницы. Оба промокли до нитки, но при этом от мокрых губ друг друга с трудом отрывались, чтобы идти дальше. — Тебе. Иначе прошлой ночью ничего между нами не было бы.

Он хотел сказать ей что-то ещё, но все мысли мгновенно вылетели из головы, едва снова уловил силуэт человека, сидящего на крыльце. Яна тоже заметно напряглась. Всё разрешилось, стоило гостю подняться им на встречу во весь свой внушительный рост — перед ними оказался Макар. Не то виновато, не то обиженно глядя на Егора, он вдруг наклонился к крыльцу, подобрал совершенно чёрный конверт, который мял в руках в день перед отъездом, и, не произнося ни слова, решительно протянул его Егору.

— Сегодня? — на всякий случай уточнил Егор.

— Только не при мне.

Самая первая строчка адресованного Егору письма от Макара-старшего не просто нагнала на него тревогу, а заставила похолодеть изнутри: «Я с самого начала всего этого не хотел». Ведь Макар-младший тоже повторял эту фразу — и не раз — в минуты не то панических атак, не то нервных срывов. И хотя можно было предположить, что после смерти деда внук первым прочёл послание, завещанное правнуку колдуна, и оно подпортило Макару психику, Егору что-то не давало покоя. В остальном оно ничего нового ему не открыло. Скорее, разложило по полочкам неясные обрывки признаний других Демонов и в финале привело туда же, куда Егор с друзьями пришли и сами: человеческая глупость безгранична. А под воздействием алкоголя в безмерных количествах — смертельно опасна.

Какие бы легенды не ходили в Княжево про Демонов и жуткую историю с убийством одного из них в Гиблом саду, правда состояла в одном — Зноб повесился сам. На спор. Дабы в хмельном угаре доказать другим шестерым, что никакой преисподней не существует, а сами они — малодушные трусы. Остальные, как бы нелепо и страшно это не выглядело, действительно стояли рядом и следили за происходящим со стороны, чтобы вовремя вытащить главаря из петли. Только не шестеро, а пятеро. Сыч к Воротам идти наотрез отказался и направился к Младшей плотине, где развёл костёр и ждал дружков, чтобы продолжить субботнюю попойку. Когда же они больше часа спустя так и не явились, он заподозрил не ладное, отправился к саду и стал свидетелем исключительно того, как до смерти перепуганные Демоны тащили уже мёртвого Толяна к свежевспаханному полю.

Подтвердить или опровергнуть слова товарищей о громадных собаках, вышедших из Ворот, и закруживших их, Сыч не мог. Однако памятуя о том ужасе, что видел на перекошенных лицах друзей, поверил им без доказательств.