Книга Слепые отражения, страница 82 – Оксана Одрина

— Какое странное у вас зеркало, Матильда Брониславовна? — удивилась за спиной Алиса. — Старинное?

— Да, оно очень старое, дорогая, — отозвалась Шуйская с толикой тепла и нежности в голосе. — Не видит уже лет тридцать. Я храню его, как память о молодости. Любимое оно. Раритетное в красном дереве.

А вот это уже интересно… Именно это и полагалось дальше по «Хитрому ходу». Потому Вадим мгновенно сосредоточился и, не оглядываясь на Алису, внимательно всмотрелся в незрячее стекло. Нужно было решаться, а он медлил. Понятно, конечно, что такие удачные обстоятельства еще раз не сложатся. Попасть в дом Шуйской вряд ли снова получится в ближайшее время. Ведь она и запаниковать может, что так глубоко копают под Романа. Да и вообще, лезут в чужие тайны. Но что, если и она сама принимала участие в делах Рихова тогда, много лет назад? Ведь Тильда видела, что создал Роман, и не особо была против него самого. Что если и сегодня с ним? Предупреждает Дьявола, когда нужно, а юного сыщика прямо сейчас подталкивает к последней в его жизни ошибке.

Или это Вадим неправ?

Но как узнать правду и во всем разобраться? Как добраться до Романа? Через подсказки из отражений — пусть даже они слепые, — как же еще. Да, он по-прежнему им не доверял. Вот только выбирать не приходилось. И потому Вадим решительно вдавил ладонь в обшарканную гладь зеркала и указал:

— Девятнадцать-семьдесят восемь! Впусти!

Основания для серьезных опасней были с самого начала — и они только множились с каждой уходящей секундой. Если уж со зрячими отражениями говорить не просто, то как выстроится общения со слепыми — вообще непонятно. Однако Вадим не учел, что стоит ему потерять равновесие и при этом сильнее вдавить ладонь в зеркало, как вместо стекла он нащупает обледенелую кирпичную кладку.

Стена?.. Нет, конечно, какие еще кирпичи в обычной городской квартире. Или это уже отражения? Просил же впустить? Похоже, впустили.

Ну а потом в лицо ему ударил снег вперемешку с дождем. И в том, что Вадим снова в отражениях, сомнений не осталось. Как и в том, что сегодня он не будет беспечен и неосмотрителен, как прежде — Рихову его больше не провести.

Такого Вадим не ожидал, но и шокирован не был. Просто сначала не до шока было — ледяной вихрь так крепко прохватил, что его затрясло. А после сверху накрыл колкий дождь — и к тряски добавились отбивающие нестройную дробь зубы. Ну и главное — он спиной упирался в обледенелый металлический столб решетчатого ограждения, а внизу протекала река. Он на мосту.

— Ты умер!

Снова Рихов? Так быстро?

Послышался сдавленный крик, и Вадим увидел, что на середине моста у перил стояли двое похожих друг на друга мужчин: примерно одного роста, в одинаковых черных вязанных шапках, темных куртках и лакированных туфлях. Один другого подталкивал к балюстраде, словно заставлял смотреть вниз, а второй и не сопротивлялся вовсе: тело его лениво сползало по металлическим прутьям, руки висели плетьми, голова упала на грудь. Вадим кинулся взглядом вниз и заметил темные пятна на мостовой. Кровь?..

Вадим старался успокоиться, мысленно повторяя себе, что ситуация под контролем, и все идет по «Хитрому ходу». Он в отражении, а то, что видится ему тут — иллюзия. Однако иллюзия эта весьма умелая, при этом невероятно жестокая и страшная — какое уж тут спокойствие. Не выдать себя, и просто наблюдать — вот что сейчас главное.