Книга Следуй за белой совой. Слушай своё сердце, страница 22 – Анастасия Ермакова

Внезапная тревога снова засуетилась в глубине моего сознания и заставила меня вздрогнуть. Я поднялась с фонтана и медленно направилась к собору, куда уже стекались прихожане.

Оказавшись в сумраке собора, я снова, как тогда в баре, ощутила на себе чей-то пристальный,словно жгущий мне спину, взгляд. Я повернула голову, словно желая рассмотреть хоры, где находились поющие, и бросила быстрый взгляд на сидящих позади меня.

Однако там был только один человек, и в нем я с каким-то бессознательным ужасом узнала Карлоса.

Я поднялась со скамьи и быстро направилась к выходу, не глядя в сторону, где сидел мой молодой священник.

Я чувствовала, что его печальные глаза, черные волосы, свисавшие почти до плеч, тонкие губы, складывающиеся в странную грустную и немного безумную улыбку, – весь его возвышенный и даже аристократический облик вызывают во мне внутреннюю дрожь.

Я поняла в ту секунду, что он пугает меня и отталкивает, а не притягивает, как мне показалось в тот день, когда я увидела его в первый раз.

«Он должен быть священником», – эта мысль отчетливо утвердилась у меня в мозгу, и я повторяла ее про себя, проходя мимо него и глядя на огромные величественные витражи в сводах собора, пропускавшие в помещение свет солнца, становящийся здесь спокойным и умиротворяющим.

«Он не может не стать священником. Consuelo de mi alma… consuelo… – повторяла я вслед за хором слова католического гимна. – А должна ли я быть здесь?» ^[17]

Выйдя из собора и вдохнув сладковатый, словно слегка подслащенный мате, вечерний воздух, я ощутила, что приступ тревоги отпускает меня и ко мне возвращается прежняя уверенность в правильности моего пребывания на этом острове.

За четыре дня я успела уже узнать столько народу, увидеть столько людских историй и перечувствовать целую гамму чувств. Что же будет через 2 месяца и 27 дней? Да, кажется, эту поездку я запомню надолго.

На секунду мне представилось, что я останусь здесь навсегда, но меня не напугала эта мысль. Я с удивлением поняла, что она прозвучала во мне как нечто должное, как предчувствие того, что так и должно быть. Именно так. Многие остаются здесь.

«Да ведь это бред!» – подумала я спустя мгновение и сказала вслух сама себе:

– Es la prision… ^[18]

– Если это тюрьма, значит, у вас ничего не осталось. Ничего, кроме надежды, – услышала я за спиной голос будущего священника.

– Не напоминайте мне больше о той исповеди, сеньор Карлос, – холодно сказала я, спускаясь по ступеням, ведущим от собора на площадь, в центре которой находился уже знакомый мне фонтан. – Когда вы примете сан, я приду к вам на исповедь, если мнебудет что рассказать… а мне будет, – ведь я чуть было не погубила одного человека.

– Неужели, сеньорита? – задумчиво произнес Карлос. – Как же это случилось?

– Вы хотите сказать: как это все-таки не случилось? – еще холоднее сказала я, остановившись и глядя Карлосу в глаза.

Но он смотрел на меня так, будто его мои слова не касались, будто не о нем я говорила мгновение назад. Он не понимал или делал вид, что не понимает этого.

Его взгляд блуждал…

Тут мне пришла в голову мысль, напугавшая меня и в то же время показавшаяся мне очень правильной.

– Estas loco? – зачем-то вслух прошептала я, в ужасе глядя на благородное лицо молодого человека.

«Si señorita! Desde el día en que te conocí», – ответили его глаза. ^[19]