Книга Девушка А, страница 143 – Эбигейл Дин

Мы свернули на Мур Вудс-роуд, и Билл, переключив передачу, сбросил скорость.

– Вы знали соседей?

– Нет. Но вот здесь паслись лошади. По дороге из школы домой мы останавливались и разговаривали с ними. Но они нас не запоминали.

– Вы что, кормили их?

– Кормили? Нет. – Я рассмеялась.

За окнами машины молчаливо вырос дом.

– Кормить их мы никак не могли.

Билл вырулил на подъездную дорожку и заглушил мотор.

– Выходить будете? – спросил он.

Каркас дома возвышался на фоне белого неба. Стекла были или разбиты, или отсутствовали. В окнах спален на втором этаже болтались обрывки штор. Крыша провалилась внутрь и выглядела как чья-то физиономия после удара.

– Конечно, – ответила я.

Здесь оказалось прохладнее – со стороны верещатников дул ветер, знаменуя собой конец лета. Я дошла до стены и взглянула на сад. Кучи мусора и сорняки по пояс. В траве запутались старые обертки и обрывки тканей, в которых невозможно было распознать одежду. Круги выжженной земли остались там, где разводили костры местные подростки. Билл стоял у парадной двери и что-то говорил, но из-за ветра я не смогла разобрать слов. На пороге лежало несколько цветочков, завернутых в прозрачный целлофан. Я тронула их ногой. Карточку читать не стала.

– Люди до сих пор приносят цветы, – сообщил Билл. – Это так трогательно.

– Разве?

– Мне кажется, да.

Когда я лежала в больнице, происходило то же самое. Мою палату завалили новыми игрушками и ношеной одеждой. И букетами белых цветов. Как будто я умерла. Доктор Кэй попросила медсестер рассортировать все это и прикрепить ярлыки. Категории следующие: «Приемлемое», «От души, но мимо», «Нечто сумасшедшее».

– Как вы думаете, они поняли суть дела и что из этого может получиться? – спросила я. – Я имею в виду – комитет?

– У них есть цифры.

– Да, цифры есть.

– А вы все так и представляли? – спросил Билл и энергично стукнул по двери.

Мне вдруг захотелось напугать его и сказать: «А вы не хотите посмотреть, что там внутри?»

– Нет. То есть я никогда не представляла.

«А вот он представлял», – подумала я.

Он часто себе это представлял.

Я подошла к машине и взялась за ручку двери, ожидая, когда он разблокирует замок.

– Когда вы приедете в следующий раз, все уже будет снесено, – сказал Билл.

– В следующий раз? – переспросила я.

По дороге назад, когда мы доехали до конца Мур Вудс-роуд, я указала на место сразу за перекрестком.

– Вот здесь меня и нашла та женщина. В тот день, когда мы освободились.

– Прямо на этом самом месте?

– Да, где-то здесь. Знаете, что она сказала потом, когда у нее брали интервью? Она подумала, я – упырь какой-то. Так и сказала. Подумала, будто я – мертвец.

Я приготовилась мило улыбаться. Такое выражение лица я обычно делаю, когда прохожу контроль в аэропорту или даю интервью. Или когда мне что-то нужно.

– Можно задать вам вопрос?

Он взглянул на меня и отвел глаза.

– Почему Мать выбрала исполнителем воли именно меня?

– У меня нет ответа на этот вопрос.

– Да бросьте, Билл. Вы помогали мне, организовывали встречу, договаривались со специалистом по завещаниям. Вы должны были очень хорошо ее узнать, чтобы так заморочиться со всем этим.

– Но это ведь моя работа.

– Разве?

Он шумно выдохнул, щеки у него сдулись. Я порадовалась, что за рулем сидит он и мне можно рассматривать его сколь угодно пристально.